Автор
В унынии Кошев бродит по заснеженному дворянскому особняку в поисках пропавших вещей: чемоданов и своей надежды на будущее, затерявшейся под слоем снега. Вокруг него пустует и непроблекшая атмосфера расточения, когда нищий кошевой видит чужие сокровища — как собственную судьбу....
Мы бы горы свернули!
— Немного застал, — возразила Женя. — Тебе было семь лет, когда он умер.
— Совсем его не помню. И был слишком глуп, чтобы оценить.
В тот же вечер Саша списался с Мамонтовым.
'Сегодня смотрел завод моего дяди герцога Лейхтенбергского. Честно говоря, возлагал на него надежды как на возможное место для телефонной станции. Но он распродан по частям, и гальванические батареи отошли новым владельцам. Остался никому не нужный лом.
Помещение занято складами сухопутной таможни. Ведомство казённое, и я попробую выпросить комнатку у отца, но не уверен, что вообще стоит связываться с казённым имуществом.
Зато у меня возникла идея перейти с дорогой энергии батарей на энергию генераторов и построить электростанцию для питания и телефонов, и, возможно, освещения города.
Борис Семенович Якоби рассказал мне о трубках Гейслера, которые светятся при пропускании через них тока. Думаю, их можно усовершенствовать, чтобы они давали больше света. Будем экспериментировать'.
После отъезда Гримма Яков Карлович Грот воспрянул духом и начал возрождать свои порядки.
Выразилось это в возвращении ежедневного русского чтения, которое Гримм полностью заменил чтением на иностранных языках.
Начали с «Одиссеи» в переводе Жуковского, и это было тяжёлым испытанием. Гекзаметр убаюкивал так, что Саша начал клевать носом.
— Александр Александрович! — окликнул Грот.
И Саша проснулся.
— Извините Яков Карлович, — сказал он. — Но для меня это очень медленно. Можно, я сам прочитаю, а потом сдам какой-нибудь зачет.
"— Хорошо, — согласился Грот с интонацией, не сулившей ничего хорошего.
На следующее утро Саша честно взялся читать сам, и понял, насколько опрометчиво поступил. Печатный текст усыплял ничуть не меньше. Тот факт, что Саша в общих чертах знал содержание, спасал мало, ибо в именах второстепенных персонажей и их родственных связях было совершенно нереально разобраться.
Например, Саша положительно не помнил, кто такие Эгист и Атрей. Википедию мне, Википедию!
За неимением последней, он стал выписывать незнакомые имена, чтобы потом предъявить Гроту в качестве доказательства прочтения и заодно спросить, кто это.
Метод сработал, и персонально для Саши скучное чтение было заменено периодическими экскурсами в древнегреческую мифологию.
Что было явно полезнее для расширения эрудиции.
Саша вообще недолюбливал аудиокниги. Слушать и больше ничего не делать всегда казалось ему недопустимой потерей времени.
