Автор
В затаившемся мраке квартиры слышны шепотные уговоры мужчины и истеричный вопль жены. "Ты мужчина, Сонь, мне это нужно", - его слова проплывают через полупустые комнаты. Женщина вырывается из оцепенения, требуя развода, но мужчина не сдается. Невеселая и непривычная для дозволенной темы атмосфера книгой наполнена ядом гордыни и жестокости....
Она жадно поглощает яичницу, словно не ела несколько дней, а я молча наблюдаю за ней, не торопя ее с рассказом, но отчетливо вижу, что ее распирает от желания всё мне выложить.
— Ты не подумай, что мне что-то от тебя нужно, но я знаю, что мы с тобой были в одинаковом положении. Семья Гордея прошлась по нам обеим, и я знаю, что твой кондитерский бизнес был уничтожен. Ты наверняка злишься на меня за то, что я когда-то с ним спала и за то, что пыталась сделать моя мать, но в итоге мы имеем то, что имеем. Каждый получил по заслугам в этой истории, кроме Гордея.
Ее глаза горят желанием мести, и это меня слегка пугает. Я, конечно, все эти годы злилась на Гордея за то, что он разрушил мою жизнь, но никогда не думала о том, чтобы ему отомстить. Это злое чувство никогда не опаляло мое сердце, и я боялась того дня, когда буду настолько кого-то ненавидеть, что опущусь до причинения кому-то зла.
— Расскажи мне, что с тобой случилось.
Я решаю перевести тему и узнать, отчего она так озлоблена, хотя по ее виду уже предполагаю, что произошло.
— Мою мать лишили лицензии и посадили в тюрьму, а отца поймали на взятках и тоже упекли. Оказалось, что без отцовского влияния я никому не нужна, и вскоре, утопая в долгах, я оказалась на улице. Не думай, что я никогда не понимала, чем занимаются мои родители, но наше падение по существу спровоцировал именно Гордей. Несмотря на мое образование, благодаря ему никто не брал меня на работу, так что сейчас я работаю уборщицей.
— Разве у тебя не было друзей, которые могли бы помочь с обустройством по профессии в другом городе?
— Друзей? — усмехается Анна, откидываясь на спинку стула. — А их, как оказалось, у меня никогда и не было. Только прихлебатели, заинтересованные в деньгах моего отца и его связях. Ты мне лучше расскажи, как с тобой обошлась мать Гордея. Та еще мегера и стерва.
— Причем тут мать Гордея? — спрашиваю я, хмурясь.
— А ты что, не знаешь? — поднимает она бровь, и я чувствую, что услышанное мне совершенно не понравится.
— Не знаю что? Не томи.
— Она так сильно хотела женить Гордея на Анфисе, что приложила руку ко всему в этом городе, чтобы ты никогда сюда больше не вернулась. Так что я удивилась, увидев тебя сегодня здесь. В отличие от меня, ты прекрасно устроила свою жизнь, судя по твоему виду.
Я вижу, как она с завистью оглядывает меня, и напрягаюсь, так как мне непривычно быть объектом зависти.
