Автор
Подруги обсуждают ситуацию на рабочем месте с известным шовинистом и трудоголиком Куваевым, а я отражаюсь в зеркале после полуденной марафетки. Встреча создает ощущение напряжённого баланса между комичностью и серьёзной реалистичностью.
Садится рядом и притягивает к себе. — В корне.
— Что именно?
От соприкосновения с его горячим сильным телом, бросает в дрожь. Костя медленно проходится по мне взглядом, будто любуясь.
— Когда увидел тебя с плоским животом и в объятиях Ильи, будто удар под дых получил. Вся жизнь промелькнула перед глазами. Подумал, ты меня никогда не простишь за то, что мы потеряли ребенка и в сложный момент ты осталась одна. Дать о себе знать не было возможности. Надеялся, что ты дождешься, когда я смогу это сделать…
— Как видишь, дождалась, — перебиваю его.
Напряжение растет скачками, вместе с тем, как Костя пытается завладеть моим пространством и прижимает к себе крепче. Опускает ладонь на поясницу и ведет вниз.
— Мысль, что ты ждешь ребенка и нуждаешься во мне, придавала сил. Я свыкся с ней и расставаться больше не хочу, — внезапно выдает он, опаляя дыханием висок.
Меня начинает трясти сильнее: то ли от Костиной близости, то ли от услышанного.
Его пальцы сдавливают бедра, задирают подол платья к животу. Я совершенно беззащитна перед Гончаровым и его признаниями, которых так долго ждала.
— Вообще-то я чужая жена. Мой муж — Акио Симидзу… — пытаюсь в последний раз отстоять свои границы и потешить упрямство, хотя точно знаю, что проиграю по всем фронтам.
Потому что люблю Костю и дам ему не один, а десять шансов. Лишь рядом с ним, в его руках я чувствую себя по-настоящему женственной и желанной, его запах кружит голову, а поцелуи будоражат кровь.
— Похер, что там по бумажкам и в мыслях других людей, — хрипло говорит Гончаров. — Моя ты жена. Самая преданная и любящая.
Он прижимается своими губами к моим и скрепляет наше воссоединение поцелуем.
53 глава
В доме стоит тишина. Привычная, оглушительная. Но сегодня все иначе. Я поворачиваюсь в кровати и смотрю на спящего Костю. Кладу ладонь на его грудь и считаю удары сердца. Пульс частит. Во сне такого быть не может. Или у Гончарова стало хуже со здоровьем за эти месяцы?
Сильнее прижимаю ладонь к его груди, считая по новой, и замечаю улыбку на Костиных губах.
— За окном дождь, слышишь? — тихо говорит он, не открывая глаз.
Прислушиваюсь и различаю монотонный стук капель. В голове проносится мысль, что за все время это третий или четвертый раз, когда идет дождь. Погода в основном ясная и теплая. Илье действительно стоило присмотреть себе жилье в другом месте. Хотя, вероятно, с его достатком оно у него и так где-нибудь имеется.
