Автор
Начинается весенняя сессия в университете, и ты готовишься к важным экзаменам, но внезапно врывается тяжёлый разговор о беременности. Слёзы и нерешительность на лицах родителей, а имя парня, которого ты любила, звучит как удар по их сердцам. Будущее кажется бездонным омутом неизвестности, но ты понимаешь: стоит ли бросать все ради этого нового пути?...
Похоже, «Цена твоей нелюбви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вчерашний вечер завершился… обыденно. Мы поужинали, не возвращаясь к теме моей беременности. Перед сном мама заглянула ко мне, чтобы спросить, как я. И на этом всё. И вот теперь нам предстояла новая беседа. Не сказать, что я была к ней готова.
– Слушаю, – вздохнула я, мешая по сотому кругу сахар в уже остывшем чае.
– Я хотела сказать…
Мама отвлеклась от своего занятия в виде нарезания овощей для супа и, вытерев руки о фартук, присела рядом со мной.
– Я хотела сказать – знай, мы с бабушкой тебе поможем. Целиком и полностью.
Эти слова, такие неожиданные и такие важные, заставили меня всхлипнуть. Из глаз сами по себе хлынули потоки слёз. Мама тоже шмыгнула носом и отёрла солёные дорожки, появившиеся на щеках.
– Спасибо… – прошептала я, и подалась к маме.
Она неловко обняла меня, насколько это позволял сделать разделявший нас стол. Стала гладить по волосам, и я вдруг, впервые за последние дни, испытала чувство спокойствия.
– Почему ты сразу нам ничего не сказала… ну прямо с первого дня как заподозрила? – мягко спросила мама, отстранившись.
Я вздохнула. Сейчас понимала, что виной тому был, наверное, страх в первую очередь.
– Испугалась. Сильно, – призналась я.
– Мы могли – и должны были – пройти это вместе, – ответила мама. – Но как уж получилось. Кстати, бабушка очень даже рада, что успеет увидеть ещё и правнуков.
Я расплылась в улыбке, а на глазах снова появились слёзы. Гормоны, наверное, уже начали играть.
– Кать… ты не подумай, я не лезу. Ты у меня уже взрослая совсем. Но… я так и не поняла, почему Алексей-то знать о ребёнке не должен?
Мама завела ту тему, которая была для меня очень болезненной. Но всё же я понимала – она имеет право знать если не всё, то хотя бы основную часть.
– Скажем так… наша ночь с ним была нежеланной для обеих сторон, – расплывчато ответила маме. И тут же пожалела о сказанном.
– Его заставили? Тебя заставили?!
В голосе её было столько тревоги и ужаса, что я поспешила пояснить:
– Нет! Никто никого не заставлял.
Да уж, Катя. Пять баллов тебе за объяснения. Их не способен понять даже самый разумный человек.
Мама сидела, глядя на меня так, словно я только что выдала несусветную чушь.
