В глубине бескрайних лесов ждет чуждое небывалое, где земля раскрывается в невероятной атмосфере загадки. Ей восемнадцатый год, и это самое сильное воспоминание о своем отце — он роет землю, словно стремясь к защите и справедливости, даже если никто не слышит его мольбы....
Ты знаешь принцип действия машины, которая просвечивает землю? Для этой крошки я выбрал частоту восемьсот мегагерц. Так я могу заглянуть на глубину четыре фута… всего на четыре фута! Очень часто люди стараются заглянуть как можно глубже. Но редкие убийцы хоронят своих жертв глубже чем на три-четыре фута. Другая проблема для ныне существующих радарных машин — опознать найденный объект. Отличить трубы и корни от костей, которые нас интересуют. Моя «Икс-эр-джей» не только выдает четкие проекции, но с помощью трехмерного усилителя…
— Барретт! — прервала его Мьюз.
Он поправил очки.
— Что?
— По-твоему, принцип действия твоей игрушки интересует меня больше, чем волка — капуста?
Он вновь поправил очки.
— Ну…
— Меня волнуют результаты, которые можно получить с помощью этой штуковины. Поэтому, пожалуйста, скажи мне, что ты нашел, прежде чем я кого-нибудь пристрелю.
— Кости, Мьюз, — улыбнулся Барретт. — Мы нашли кости.
— Человеческие, так?
— Несомненно. Собственно, сначала мы нашли череп. И сразу перестали копать.
— Сколько им лет?
— Чему, костям?
— Нет, Барретт. Вот этому дубу. Конечно, костям!
— Откуда мне знать? Коронер, возможно, тебе ответит. Она сейчас на раскопе.
Мьюз поспешила дальше. Лоуэлл последовал за ней. Впереди сияли прожектора, как на съемочной площадке. Мьюз знала, что на раскопах прожектора включают даже при ярком солнечном свете. Как ей объяснил один из экспертов, они помогают отделять пустую породу от «золота». «Без прожекторов это так же трудно, как спьяну определить в темном баре, насколько хороша телка, которая к тебе клеится.
Лоуэлл указал на симпатичную женщину в резиновых перчатках. Мьюз предположила, что это еще одна студентка — ей не могло быть больше тридцати. Длинные черные волосы она собрала в пучок на затылке.
— Это доктор О'Нилл, — пояснил Лоуэлл.
— Ваш коронер?
— Да. Вы знаете, что у нас эта должность выборная?
— Хотите сказать, что проводится избирательная кампания? Типа: «Привет, я доктор О'Нилл, я очень хорошо справляюсь с трупами!»
— Я мог бы отшутиться, но вы, горожане, слишком уж умны, чтобы воспринимать деревенские шутки.
"Подойдя ближе, Мьюз поняла, что определение «симпатичная» к здешнему коронеру не подходит. Тара О'Нилл была ослепительной красавицей. И Мьюз видела, что внешность женщины в резиновых перчатках никого не оставляет равнодушной.
