В глубине бескрайних лесов ждет чуждое небывалое, где земля раскрывается в невероятной атмосфере загадки. Ей восемнадцатый год, и это самое сильное воспоминание о своем отце — он роет землю, словно стремясь к защите и справедливости, даже если никто не слышит его мольбы....
Стремился, чтобы Шамик не упустила ни единой подробности, рассказала, кто что делал и что говорил.
Конечно же, у присяжных глаза лезли на лоб.
Когда мы закончили непосредственно с изнасилованием, я выдержал короткую паузу и перешел к самому скользкому моменту.
— В вашем заявлении вы указали, что насильники использовали имена Кэл и Джим.
— Протестую, ваша честь."
"Флер Хиккори вмешался в первый раз. Таким спокойным, ровным голосом, который нельзя не услышать.
— Она не указывала, что они использовали имена Кэл и Джим.
— Я перефразирую вопрос, — сказал я с раздражением, чтобы присяжные оценили мелочность придирок защиты. — Кто из них Кэл, а кто — Джим?
Шамик идентифицировала Барри Маранца как Кэла, а Эдуарда Дженретта — как Джима.
— Они представились вам? — спросил я.
— Нет.
— Как же вы узнали их имена?
— Они пользовались ими в разговоре друг с другом.
— Если исходить из ваших показаний, мистер Маранц в какой-то момент сказал: «Наклони ее, Джим».
— Да.
— Вам известно, что ни одного из подсудимых не зовут ни Кэл, ни Джим?
— Я знаю это.
— Можете вы это объяснить?
— Нет. Я просто пересказала вам, что они говорили.
Никакой заминки, никаких уверток — хороший, прямой ответ. И я закрыл тему.
— Что произошло после того, как они вас изнасиловали?
— Они потащили меня мыться.
— Как?
— Затолкали меня в душ. Намылили. Еще там был шланг. Они заставили меня подмыться.
— Что потом?
— Забрали мою одежду. Сказали, что сожгут ее. Дали мне футболку и шорты.
— А потом?
— Джерри отвел меня на автобусную остановку.
— Мистер Флинн говорил что-нибудь, пока вы шли туда?
— Нет.
— Не произнес ни слова?
— Ни единого.
— А вы ему что-нибудь сказали?
— Нет.
Вновь я изобразил удивление:
— Не сказали, что вас изнасиловали?
Она впервые улыбнулась:
— Как будто он и без меня этого не знал!
Я выдержал паузу и снова сменил тему:
— Вы наняли адвоката, Шамик?
— В каком-то смысле.
— Что значит — в каком-то смысле?
— Я его не нанимала. Он сам меня нашел.
— Как его зовут?
— Хорас Фоули. Он одевается не так хорошо, как сидящий здесь мистер Хиккори.
Флер улыбнулся, словно услышал комплимент.
— Вы возбудили дело против подсудимых?
— Да.
— Почему вы это сделали?
— Чтобы заставить их заплатить.
— Разве не для этого мы здесь? — спросил я. — Разве не ищем возможность наказать их?
— Да. Но еще я подала иск насчет денег.
