В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
Из распахнутого настежь окна дул несильный морской ветер, заставляя Василису время от времени ежиться. Поразмыслив, что все равно спать не хочется, она кинула в пламя еще несколько поленьев. Щелкнула пальцами, вызывая несколько огоньков на них, чтобы разгорелось быстрее.
Сегодня днем она слышала голоса друзей на лестнице, но в комнату так никто и не вошел. Госпожа Фиала, зашедшая проследить за тем, чтобы ее подопечная съела весь обед без остатка, рассказала, что к девочке пока никого не пускают, чтобы лишний раз не волновать.
"Вспомнив об этом, Василиса невольно поморщилась. Уже который раз она спрашивала себя, правильно ли сделала, не рассказав отцу о поступке Норта? Возможно, ее остановило заплаканное лицо брата — похоже, он реально сожалел… А может, ей вообще бы не поверили: Миракл шел первым и ничего не видел.
Василиса рассказала, что сумела прогуляться по Расколотому Замку, подробно описав зал со стеклянным потолком и дворецкого, который вывел ее из Временного Разрыва. Она умолчала о Николь и комнате игрушек, потому что в первую очередь не хотела выдавать девочку. Ведь тогда пришлось бы о многом рассказать — о Даниле, например, и его незаконном проживании в Цапфе.
— Василиса! Ты здесь, да?
Девочка замерла, приподнявшись на локтях. Это что, Ник?!
Осторожно, словно боясь спугнуть наваждение, она развернулась в сторону окна и чуть не прыснула со смеху: голова Ника, зависшая над самым подоконником, смотрелась очень комично.
— Ты одна? — рядом с ним показалось улыбающееся лицо Захарры. — Никто не должен прийти? Отец твой, например? Или этот хитрюга зодчий, Миракл?
— Одна, одна, — обрадованно закивала Василиса. — Заходите… Залетайте то есть!
Захарра подхватила Ника под локоть.
