В зале с часами запах бурой паутины тянется сквозь щель в потолке. Тук-тук-тук… Каждое дыхание Василисы становится жутко тревожным, как сердце под бодуном глухих часов. Она чувствует, что время приближается к концу жизни, и каждый тик отсчитывает последние секунды.
Василиса закричала — кожу запекло так, словно к ней только что приложили раскаленное железо.
Но вдруг все прекратилось. Раздался глухой, тяжелый звук — словно кому-то дали сильного пинка, яростный вскрик, снова удар и вслед за этим жалобный скулеж.
— Пшел вон, щенок!
— Я ни в чем не виноват, — лепетал Марк. — Меня заставили!
— Пошел вон!!!
Василису дернули вверх и подняли на ноги.
— Доигралась?!
Нортон-старший был взбешен, глаза его сверкали безумным, гневным огнем. Василиса никогда не видела его таким.
— Почему ты не рассказала мне, что задумала? — прошипел отец сквозь зубы.
В его светло-зеленых глазах вновь полыхнула ярость. Теперь он все узнает, что бы там ни было…
Василиса поняла, что теперь уже бесполезно рассказывать, что она хотела только проверить свою догадку. Не вязалась как-то маленькая музыкальная шкатулка с той самой легендарной Черной Комнатой, которую все так искали.
— Я начинаю думать, что Елена права, — пробормотал вдруг Нортон-старший, словно в забытьи. — Права, что ты — мое проклятье… Из-за твоей сумасбродной выходки я только что чуть не объявил духам войну, — жестко произнес он. — Едва сдержался… К счастью, Черной Королеве удалось предотвратить общий конфликт.
У Василисы от ужаса перестало хватать воздуха.
— Ты не заберешь меня домой? — растерянно прошептала она, часто дыша. — Как же так?"
"— Тебе больше не причинят вреда. — Нортон-старший поджал губы. — Но этот чертов крючок, сын Астрагора, прав: ты нарушила закон, пробралась к ним в замок. Ты понесла заслуженное наказание. Ранее ни один шпион не выживал! Уж поверь мне… Главное, что тебе сохранили жизнь.
— Значит, я все-таки пойду снова? — не поверила Василиса. Она даже приободрилась, несмотря на весь ужас своего положения. Может, ей удастся забрать проклятый сверток, из-за которого теперь столько ужаснейших проблем!
— Я связан с Астрагором клятвой, — глухо произнес отец Василисы, игнорируя ее реплику. — И не могу идти против него.
