В Париже ожила жизнь после долгих зимних холодов: свежий воздух и солнечный свет пробуждали новые надежды. В гостинице, где он встретил даму по имени Реми, ожидание клиентов стало чем-то захватывающим и романтичным. Пьер Мишле обнаруживает, что визиты в чужие края всегда оказывают сильное влияние на его восприятие мира....
Было около полуночи, для человека творческого время детское, но утром он еще находился в Москве, по московскому времени было уже два, и, кроме перелета, за этот день произошло слишком много событий, слишком много впечатлений. Он разморился в глубоком плюшевом кресле дяди.
– Я, признаться, устал… Извини. В другой раз с удовольствием.
– Ну смотри. Ты совсем падаешь? – спросил Вадим.
– Нет… Ничего, – соврал Максим. – А что?
– Тогда давай посмотрим план сценария?
– Хорошая мысль.
– А я пока жене позвоню.
Максим полез за сценарием в чемодан. Вадим заворковал в телефон:
– Слышишь, Максим, Сильви тебя тоже приглашает!
– Я с удовольствием. Завтра… или послезавтра… если вас устроит.
– Ну да, он устал, все-таки самолет и разница во времени… – объяснял жене Вадим.
Максим достал бумаги, разложил, и Вадим погрузился в чтение, изредка задавая вопросы.
…Когда наконец они оба пришли к согласию, что ехать надо, Наталья уже была беременна – на третьем месяце. Они долго обсуждали эту новую ситуацию и снова решили подождать с отъездом.
«Ехать! – колотилось в сознании Дмитрия бессонными ночами.
«Без истерик!» – строго приказывал он себе при свете дня.
Чем больше округлялся живот у Наташи, тем страшнее было ехать – и тем страшнее было оставаться.
Когда стало ясно, что интервенция не удалась и Белая армия отступает, Дмитрий Ильич понял: теперь или никогда. «Едем», – сказал он Наташе. Наталья Алексеевна была на восьмом месяце…
Телефон нарушил сосредоточенную тишину.
– Сними, – сказал Максим, – это все равно не меня.
Вадим снял трубку.
– Алло… В каком смысле завтра?.. – вдруг растерянно переспросил Вадим. – Извините, я не понял… Соня! Это ты? Здравствуй, детка! Я думал, это Сильви… Да, Вадим… Не ожидала? Вот, решил заглянуть. Тебе Максима позвать? Да, я в курсе. Ох, нехорошо это, да чего уж там, теперь поздно говорить… Надеюсь, завтра он будет в порядке… С Максимом? Ну, я думаю, да, погоди, спрошу у него.
