В Париже ожила жизнь после долгих зимних холодов: свежий воздух и солнечный свет пробуждали новые надежды. В гостинице, где он встретил даму по имени Реми, ожидание клиентов стало чем-то захватывающим и романтичным. Пьер Мишле обнаруживает, что визиты в чужие края всегда оказывают сильное влияние на его восприятие мира....
И всего доброго, Соня!
– Вот так примерно… – Соня умолкла.
– Ну, – сказал Максим, – и вы узнаете мой голос?
– Я не запоминаю голоса. То есть, если бы голос был особенный, я бы запомнила, но это был нормальный голос, вежливый, довольно приятный… Как у вас, Максим.
– А у вас есть свидетели, что я вам звонил? Кто-нибудь присутствовал при разговоре? – атаковал Максим, против воли перенося свое раздражение против Пьера на Соню.
– Вы подозреваете, что моя жена лжет? – ледяным голосом спросил Пьер.
– Ну вы же подозреваете, что я лгу.
– Я вас не знаю.
– А я не знаю вашу жену. Так есть у вас свидетели этого звонка?
– Нет, – ответила Соня, ни на кого не глядя. – Пьера не было дома, он пришел позже.
– Допустим, как выражается наш хозяин, – Максим иронично поклонился в сторону Пьера, – что такой звонок был на самом деле. В котором это было часу?
– Двадцать минут шестого. Я на часы смотрела, потому что папу ждала. Он не обещал точно, все-таки со съемок, мы просто договорились примерно к четырем часам… После половины пятого я начала немного беспокоиться и дважды звонила к нему на квартиру, но телефон не ответил.
– А мы когда пришли, Вадим?
Вадим стал загибать пальцы, что-то считая.
– Примерно в то же время, должно быть, – наконец сообщил он. – После пяти. В начале шестого.
– Значит, – повернулся к нему Пьер, – у Максима была возможность позвонить в это время. Ты сразу ушел?
– Сразу, – сокрушенно ответил Вадим.
– Это ничего не доказывает, – возразил Максим.
– Не значит, – согласился Пьер, – но и не значит, что вы не звонили. Пока ничего не говорит против этого предположения.
– Так же, как ничего не говорит против предположения, что это звонила Соня.
– Я не звонила, – сказала она твердо.
– Я тоже.
Повисла пауза.
– Я не делаю таких ошибок во французском, – нашелся наконец Максим. – «Абсолютно скажу», «по причине Арно»… Ерунда какая-то.
– Верно, – сказала Соня. – Вы очень хорошо говорите по-французски. – Она легонько улыбнулась Максиму, и он снова ощутил медлительный наплыв крупным планом прямо в черную сердцевину магических медовых глаз… Но вынырнул. – И вот еще что… – добавила Соня. – Акцент… Акцент не такой, как у Максима. У Максима хорошее произношение, акцент совсем легкий. И «р» французское, даже когда он быстро говорит и волнуется. А у того, кто звонил, «р» русское, твердое, раскатистое.
