На улице, в нескольких шагах от двери, курила женщина в розовом пуховике поверх дешевого спортивного костюма и в неуместных осенью темных очках.
Увидев Нору, она улыбнулась какой-то кривой улыбкой, помахала рукой:
– Здравствуйте, – удивленно взглянув на женщину, проговорила Нора. – Разве мы знакомы?
– Че, не узнала, что ли? – усмехнулась женщина. – Немудрено! Мой меня опять отделал! Недолго я на воле проболталась, опять сюда загремела! Ты посмотри, как он меня разукрасил!
Она сняла очки, и Нора увидела огромный синяк вполлица.
И едва зажившие ссадины, и свежий шов, идущий по щеке от глаза до уха.
– Что, хороша? – спросила женщина, увидев ужас в глазах Норы.
– Кто это тебя? – машинально спросила Нора незнакомку, отчего-то подойдя ближе.
– Как кто? – Тетка взмахнула рукой с сигаретой и поморщилась, очевидно, все тело тоже было в синяках, которые давали о себе знать. – Муж, конечно. Кто же еще? Разве чужой так сможет? Да и кому бы я позволила, сама подумай?
Здешним-то я, как водится, сказала, что с лестницы упала, но они, само собой, не поверили. Уж больно часто я падаю. Правда, тот прошлый раз, когда мы с тобой познакомились, я им сказала, что на меня ящик с яблоками упал… на складе, где работала…
Где-то глубоко в голове у Норы всплыла здравая мысль немедленно развернуться и бежать от этой тетки, не объясняя причин и вообще ничего не говоря. Просто бежать, и все. Но отчего-то она медлила, точнее, ноги приросли к холодному бетонному крыльцу.
– Представь, умаялась каждый раз что-нибудь новое придумывать, – со вкусом продолжала тетка. – У них тут завотделением новый, так он прямо сказал: «Не пыли, Завидова, я же вижу, что тебя кулаками обработали». Эх, думаю, если бы только кулаками, то еще куда ни шло, а вот когда ногами, да в ботинках…
Нора почувствовала к этой незнакомой женщине жалость, смешанную с возмущением.
– Зачем же придумывать? – выпалила она. – Почему не расскажешь все как есть?
– Да ты что?! – Женщина взглянула на Нору, как на несмышленого ребенка. – Его же тогда посадят!
– Тогда он так и будет тебя всю жизнь колотить! Жуть какая!
– Ну, ты даешь! Чтобы собственного мужа на зону отправить… Кто я, по-твоему? – искренне возмутилась баба.
– Но он-то тебя отправляет в больницу? И сколько раз?
– Ну, это совсем другое дело. Я, может быть, и сама иногда виновата, знаю, что он вспыльчивый, что нельзя его раздражать, а все время что-то не то скажу или сделаю… а он не может сдержаться, такой уж у него темперамент.
