В мрачном зеркале Гражданской войны два фронта встречались в неспокойной степи. Тот, кто еще недавно бился за одну страну, теперь готов был только убить другого. В этой схватке был я — хороший наездник, но оказался под сильнейшим нападением противника. Гнев и злость разрывали седла и топтали мечи....
И решился. Да гори все синим пламенем! Действовать надо, а не сопли жевать. Ввяжемся в драку, а там посмотрим.
Ну что же, вперед. С песней и под гром полковых барабанов… Или боевых там-тамов…
Глава 14
Я заколотил в хлипкую дверь старенького дощатого дома.
– Кто? – послышался сонный голос и зажегся свет. – Кому не спится?
– Посыльный, – просипел я. – С завода. Директор Алымов вас срочно вызывает. На конвейере авария.
Дверь тут же распахнулась.
Я шагнул за порог, обойдя хозяина, будто тот был предметом мебели.
– Ну что, гражданин Великопольский, поговорим? – спросил я, оглядывая немудреную обстановку домика.
– Вы вообще кто будете? – начал было хорохориться инженер. – И с кем-то меня путаете. Выйдете, пожалуйста, из дома.
– Константин Павлович, ну не извивайся, как очковая кобра у факира. Я тебя ни с кем не спутаю. Знаешь, на курсах НКВД меня психологи просветили, что, когда эмоции у человека зашкаливают, все лучше запоминается. А когда на расстрел ведут – чувства самые насыщенные. Так что перед моим расстрелом в станице ты мне так в память врезался.
– Ну не расстреляли же, – Великопольский кивком пригласил присесть, и мы устроились на деревянных стульях вокруг круглого стола.
У кого там круглый стол с рыцарями был? У англичан, кажется, с их королем Артуром. Вот и мы, считай, рыцари. Один рыцарь революции. А второй чей? Белого движения? Эмиграции? Сейчас узнаем.
На столе стояли блюдечко с печеньем, ваза с полевыми цветами. А рядом графинчик с прозрачной жидкостью. Занавесочки, кружавчики, полочки со скульптурками – по-мещански уютненько, миленько. Мне чем-то дом Антонины напомнило. Который, кстати, недалеко отсюда – через две улицы.
Еще на столе лежала разделочная доска с осыпавшимися хлебными крошками. На ней – здоровенный кухонный нож.
Великопольский мельком бросил взгляд на нож. В умелых руках тот вполне мог послужить неплохим оружием.
Хозяин дома усмехнулся. Взял нож. И вдруг, резко обернувшись, умело швырнул его в стенку. Тот вошел глубоко в дерево и аж задрожал.
– Ох, любишь ты фокусы и позерство, – хмыкнул я.
– Это чтобы ты не беспокоился. Резать я тебя не собираюсь… Ну так как, водочки за встречу?
– Не побрезгую.
Великопольский встал, подошел к буфету. Вытащил рюмки.
