Ученый Николай Маханов в дорогом костюме и усталой рубашке вышел из вокзала. Прохладный тамбур кажется спасением после густого трубы, где плачет ребенок без его помощи. Он берет с собой небольшой чемодан — наскоро собранную копилку знаний и надежд, направляясь в неизвестность....
Долго еще будет литься кровь – пока не переломим хребет фашисту.
Маханов взглянул на Шелестова:
– А переломим?
– Обязательно. Даже не сомневайтесь. – Максим обратился к остальным: – Группе – готовность к выходу в 0.00 часов. Пойдем между разведгруппой стрелкового полка и отделением Бойко. Всем прикрывать Маханова. Любые действия – только по моей команде. Ясно?
– Яснее некуда, – улыбнулся Сосновский, – закрываем инженера со всех сторон и ждем, когда командир прикажет валить немцев.
– Примерно так.
Начался дождь, но быстро закончился, только пыль прибил.
Коган проговорил:"
"– Как в мирное время где-нибудь у реки на рыбалке. Началась вечерняя зорька, в котелке на треноге уха варится. Дождичек прошел – на душе так покойно, так хорошо. И нет поблизости фашистов, танков, артиллерии – нет войны. – Он вздохнул.
Сосновский подтолкнул Когана:
– Ничего, Боря, когда-нибудь все закончится, получим мы вольную и соберемся всей группой на рыбалку в этом Полесье. Рыбки наловим, водочки выпьем и будем вспоминать, как воевали тут.
– Мне сказать «аминь»?
– Говори, что хочешь, а еще лучше помолчи. А вообще-то я сейчас бы спиртику граммов сто пятьдесят дернул, для бодрости.
Шелестов сказал:
– Немец тебе нальет, Миша.
– Не согласен. Свой шнапс пусть они сами жрут.
– А ты его пробовал?
– Мне этого и не надо – мура полная. Я ведь работал в Европе, пробовал и коньяки ихние, и виски, и бренди, и ром. И скажу: дерьмо полное по сравнению с нашей водкой.
Ровно в 0.00 часов подразделение прорыва вышло из леса. Впереди разведгруппа капитана Васильева, в середине люди Шелестова с Махановым, на замыкании – отделение старшего лейтенанта Бойко.
По небольшой балке подошли к флангу немецкой танковой роты. Васильев выглянул с вершины: в десяти метрах первый танк Т-3, дальше второй, третий. Рядом только охрана; танкисты, видимо, в палатках неподалеку.
Балка кончалась в секторе видимости охранения танкового взвода. Васильев подозвал к себе Шелестова и Бойко:
– Часовых придется снимать. Думаю, заодно рвануть и пару танков с палаткой экипажей. Как раз под шумок и сблизимся с тылами первой роты.
– Рискованно, – проговорил Бойко.
– Без этого нам не пройти.
– А если просто снять часовых? – предложил старший лейтенант.
– Мы не знаем их график. А вдруг нападем перед самой сменой, тогда наши попадут в переплет.
