Ученый Николай Маханов в дорогом костюме и усталой рубашке вышел из вокзала. Прохладный тамбур кажется спасением после густого трубы, где плачет ребенок без его помощи. Он берет с собой небольшой чемодан — наскоро собранную копилку знаний и надежд, направляясь в неизвестность....
– И я не разбираюсь, но уверен: Маханов может наладить производство станций и даже не таких, какие были разработаны в «Соснах», а более сильных! Но уже – на базе достижений немецкой науки и промышленности. Мой приказ в силе. Аресты провести сегодня же ночью. И – действуйте – нам нужны результаты! Тебе – пока держать связь с Фришем. Нельзя исключать и того, что Маханов – не предатель, а просто попал в сложную ситуацию. В любом случае необходимо максимально прояснить обстановку. Дальше решим, что делать. Свободен.
– Извините, но это невозможно, мне предстоит вылететь в Берестов.
– По группе Шелестова?
– Так точно. Группа выполнила свою задачу, осталось провести эвакуацию захваченного полковника Абвера.
– Завтра, вернее, уже сегодня, 22 июня, майор. Вы не забыли о том, что может произойти в 4.00?"
"– Не забыл. Но и группу, и Вайсмана надо доставить в Москву, как бы сложно это ни было.
– Отработайте по Ройману и Гридман, передайте все нужные распоряжения Фришу и вылетайте.
– Есть, товарищ генеральный комиссар госбезопасности.
«Эмка» Платова отъехала от особняка на Малой Никитской далеко за полночь.
Глава пятая
В 5.20 воскресенья 22 июня жители деревни проснулись от сильного гула. В небе стройными рядами шли на разной высоте самолеты с большими черно-белыми крестами на крыльях.
– Елки зеленые! – выдохнул дед Фомич. – Германы, будь они неладны! – И кинулся в сельсовет.
Туда же прибежал парторг Кулько. Срывая голос, он начал кричать в трубку:
– Немедленно свяжите меня с райкомом партии!
Подошел председатель колхоза.
В кабинете уже были Бобрин и Тетерин. Кулько продолжать рвать глотку:
– Девушка, повторяю, немедленно соедините меня с первым секретарем райкома. Что значит «занято»?
Авдеев забрал у него трубку:
– Послушайте меня, это майор Авдеев, начальник райотдела НКВД, обеспечьте связь с райкомом, это приказ!
На телефонном узле засуетились еще больше.
– Слушаю.
– Это Авдеев. Что происходит, Матвей Григорьевич?
– А ты не видишь?
– Германские самолеты идут в сторону Киева.
– Это война, Владимир Александрович, хотя пока ни из города, ни из Москвы никаких сообщений не поступало.
