Воспитывал тора с малолетства, любил как родного, а уж когда тор женился, когда у него дети появились, когда его градоправителем сделали…
Ага, а потом пришли освободители паршивые…
Собственно, дед Савелий крыл их такими словами, что услышь его освобожденцы – мигом бы отказались от своих идей. Какое там освобождать – догнать и запинать нахала!
У него дом, семья, считай, сын, дети и внуки… и его кто-то освобождать будет? Да тьфу на вас, уроды подболотные!
Тора Измайлова расстреляли.
Когда Савелий рассказывал о том, как захватывали управу, как тор Измайлов защищал ее с немногими верными солдатами, как лично спрятал деда Савелия в потайной комнате, приказав позаботиться о жене и детях, как тора расстреляли на площади…
Слезы катились по морщинистым щекам, мочили густую бороду.
Илья молча слушал. Утешение? Тут не поможет, разве что отомстить пообещать.
Савелий дождался, пока все закончится, и выбрался из управы через окно на заднем дворе. И опрометью помчался к хозяйке.
Тора Измайлова похватала драгоценности, деньги и детей – в произвольном порядке, и успела удрать из особняка за час-полтора до визита освобожденцев.
Особняк заполыхал в ту же ночь.
Савелий снял меблированную комнату на окраине и кое-как обеспечивал семью тора. Уехать бы отсюда, но…
Тора Измайлова, будучи дамой некрепкого здоровья, заболела. Свалилась с нервной горячкой. Дочь и сын сидели с ней, Савелий добывал еду, получалось не так чтобы очень хорошо, но хоть вчистую голодать не приходилось.
Все было хорошо… ну, насколько оно могло быть в такой ситуации. Но в меблирашки занесло одного из людей Свина.
Так сутенер, вестимо! Котяра, главный по Подольску, все его знают, у него два борделя, и несколько улиц он держит. Девочки ему мзду платят…
Тора Измайлова – дочь, а не жена – как раз ходила за водой. И…
Да, именно так. Кто защитит красивую девушку в это нелегкое время? Некому помочь, некому позаботиться… Савелий пытался защитить, но получил под дых, а когда пришел в себя…
А что восьмилетний мальчишка сделать-то может? Разве что сам пропадет!
– Нашел? – коротко спросил Илья, который опасался нового словоразлива.
– Как не найти, тор? Она в «Кабаньей лежке», у Свина.
– Обычай у него такой, каждую новенькую, значитца, через себя пропускать. Чтобы он первым, а уж потом, опосля него, и в бордель, к девкам продажным… разве ж так можно с торой?! Она руки на себя наложит!
Илья подумал про Анну. И махнул рукой.
Одну не спас.
