В черном великолепии герцога Андоверского ждет неудача в похищении светской красавицы. Его телохранитель Лью Трейси Клэр Бельмануэр, облаченный в черное с серебром, не ожидает легкой победы. Эта книга — портрет мрачной интриги и нераскрытого заговора в мире богемных грез....
— Я достаточно эгоистичен, чтоб надеяться, что не передумаешь, никто другой не сможет выносить мой жуткий характер. Будь добр, помоги мне это снять, и скорее!
— Я никогда не передумаю, сэр. А что касается характера… то я не возражаю.
— Нет, ты просто замечательный парень, Джим. Теперь подай бриджи. Спасибо.
Джек уже надел шелковые панталоны в обтяжку и стал влезать в сапоги.
— Нет, не эти, Джим, другую пару! — он привалился к столу и забарабанил пальцами по спинке кресла.
Тут в дверь постучали. Карстерс нахмурился и вздохнул.
Джим подошел и приоткрыл дверь.
— Хозяин тут? — раздался такой знакомый голос.
При звуке его лицо милорда сразу просветлело, а Солтер отступил в сторону, пропуская посетителя.
— Входи, Майлз!
Огромный ирландец вошел и окинул взглядом комнату, заваленную вещами. Слегка приподнял брови при виде самого Джека и устремил на него вопросительный взгляд.
Милорд подтолкнул ногой кресло.
— Садись, друг мой! А я думал, ты в Лондоне.
— Был в Лондоне. Но вчера привез домой Молли, мою ласточку, тут и узнал, что ты собираешься уезжать.
— Ну и?
— Ну и не собираюсь снова дать тебе ускользнуть сквозь пальцы, как когда-то, а потому сразу примчался. Ты ведь все время так и норовишь удрать куда-то, Джек.
— Что бы ни случилось дальше, непременно навещу тебя.
— Да. А потому едем прямо сейчас… У нас и останешься.
— О, нет!
О’Хара бросил шляпу и хлыст на стол и со вздохом вытянул ноги.
— Поедешь, куда денешься! Джим, там на улице ждет карета, так что можешь выносить вещи.
— Оставь все где есть, Джим.
— Оставь свои «но» при себе, Джек. Я все решил.
— Но я тоже решил! И действительно не могу…
— Мальчик мой дорогой, ты останешься с нами до тех пор, пока полностью не поправишься, иначе я немедленно собью тебя с ног и потащу силой.
В глазах Джека мелькнула улыбка.
— Звучит устрашающе! Однако, умоляю, не стоит поднимать столько шума из-за какой-то жалкой царапины! Поправлюсь, надо же!
— Да ты выглядишь совсем больным.
Дверь за Джимом тихо затворилась. Карстерс покачал головой.
— Я не могу, Майлз. Ты должен понимать, это совершенно невозможно.
— Ерунда! Ни один из приехавших в Турз-хаус о тебе не услышит и не узнает. Будешь сидеть тихо, как мышка. Но ехать ты должен!
— Но, Майлз!..
— Джек, не дури! Я хочу видеть тебя в своем доме, и Молли тоже. Это не ловушка, и нечего смотреть так испуганно.
