Терехов изначально выбрал самый простой способ: прихватил медицинскую справку как документ поводыря для слепой женщины, которую он привёз домой после операции. Это объясняло все ненужные атрибуты — бинты под маской и саму кожаную маску, напоминающую восточную паранджу. Такое решение вызывало сочувствие у всех — от кого-то до самого свода народных чувств....
Предложений нет. Так что имейте в виду. Если попадётся единорог, его не арканить надо — стрелять в крестец. И сразу же пилить рог, пока живой. Или лучше вырубать с черепом и ушами.
— У живого?
— Только у живого. Иначе погаснет и испарится. Древний способ добычи.
— Зачем же с ушами?
— Для доказательства. Конское ухо всяко отличишь.
— А почему у одних коней рога отрастают, а у других — нет? — насмешливо спросил Терехов. — Или это, как у мужиков, когда они в командировках?
Увлечённый Ёлкин юмора не понял.
— Отрастают у тех, кто проникает в параллельный мир, — серьёзно пояснил он. — Ваши кони побывали в другой реальности и вышли единорогами. Днём не видать — ночью светятся.
— Тогда у нас проблема! — посетовал Андрей. — Кони-то казённые, придётся сдавать. А если с рогами не примут?
Ёлкин наконец-то уловил шутливый тон, но ничуть не обиделся и как-то неромантично ухмыльнулся.
— Когда дух дна земли заездит вашего жеребчика, рог сам по себе отпадёт, — заявил он.
И добавил весомости своим словам салютом из ракетницы. Когда красная звезда догорела, коротко хрипнула рация.
— Понял, товарищ капитан! — довольно сказал Ёлкин.
Терехов даже растерялся.
— Разве к нам не заедет?
— Нет, он в двенадцатом квадрате. Это далеко.
— Всё-таки я не понял, зачем ракеты пулять?
— Чертей отпугивать! — засмеялся погранец. — Нечистую силу. Духов, леших, единорогов. Лучше с ними не связываться. Мешков попробовал бизнес наладить. Рог он добыл настоящий и продал перекупщикам, а те — в Саудовскую Аравию. В общем, духи Укока потом изловили и так его отделали! Жена едва выходила.
И примолк, спрятавшись за непривычной маской хитреца. В это время из синей лунной дали послышался стук, вроде бы копыт, причём дробный, будто табун бежит.
— Легки на помине, — шёпотом обронил Терехов. — Духи скачут!
Тёзка перекинул автомат на грудь и заглушил выдвижную электростанцию. Прожектор погас, в тишине все звуки стали явственней, но лунного света не хватало, чтобы рассмотреть какое-либо движение.
