Терехов изначально выбрал самый простой способ: прихватил медицинскую справку как документ поводыря для слепой женщины, которую он привёз домой после операции. Это объясняло все ненужные атрибуты — бинты под маской и саму кожаную маску, напоминающую восточную паранджу. Такое решение вызывало сочувствие у всех — от кого-то до самого свода народных чувств....
Теперь отчётливо слышался топот копыт скачущего галопом одинокого коня, причём звук наплывал прямо по курсу, на кунг!
— Конь, — дрогнувшим голосом отозвался Ёлкин и зачем-то снял автомат с предохранителя.
— Стрелять не вздумай, — предупредил Терехов.
— Нет, это я так, — залепетал тёзка. — Сила привычки... Что делать будем? Вдруг выбежит?
— Ловить, — хмыкнул Андрей. — Если рогов нет.
Андрею показалось, что по серой каменистой пустыне уже мелькают короткие тени — луна поднялась высоко.
— А если есть? — спросил Ёлкин.
— Я тебе выстрелю! — пригрозил Терехов. — Стрелок...
— Андрей Саныч, удача на такой охоте раз выпадает...
— На какой охоте?
— Единорожей! Другого случая не будет.
Хотел ещё что-то добавить, но в этот миг звук резко оборвался, будто лошадь встала на полном скаку. А так не бывает!"
"— Всё! Ушла в другое измерение, — серьёзно заявил «солдат удачи». — В параллельный мир. Вот всегда так!
Пожалуй, минуту была мёртвая тишина и полная неподвижность теней.
— Вроде, Рубежов, — разочарованно промолвил Ёлкин и опустил ствол автомата. — Я его бег по звуку узнаю, у него ноги короткие, семенит.
И впрямь скоро заплясала сначала тень бегущего человека, потом и он сам обозначился зелёной фигурой со сверкающим примкнутым штык-ножом. Сержант перешёл на шаг и нетерпеливо спросил:
— Ну? Где?! Лошадь где?
— Не было лошади! — откликнулся Ёлкин.
— Как не было? На вас гнал!
— Топот слышали...
Рубежов как-то странно озирался, словно погони опасался, и при этом хватался за сердце и отпыхивался.
— Видел, как вас! Серая в яблоках! Двести метров от кун-га! Сахару дал. Вы тут базарите — она стоит, слушает... Погнал — шагом шла, в зад пихал.
— Каким шагом? — возмутился Ёлкин. — Галопом скакала, мы же слышали! Потом раз — и пропала.
Расстроенный сержант мрачно выругался, сдёрнул из-за спины автомат, поискал место, куда поставить, и вдруг воткнул штык-ножом в землю.
— Всё, надо переводиться с этой долбаной заставы! Или вообще на дембель, досрочно. Завтра же рапорт напишу!
— Это тебе не на дудочке играть, — ехидно заметил рядовой Ёлкин.
— Да пошёл бы ты! — опять ругнулся сержант и бухнулся на стульчик. — Всё, я наслужился. Ведь в прошлом году ещё хотел! Если бы не ты, Ёлкин-Палкин, я бы уже на гражданке был. Всё — ты! Давай ещё на один срок! Дикий гусь...
