Автор
Утро было чудесное — солнечное и наполненное нежными ароматами свежей зелени. Мелкая дождиковая сыпь придавала этому воскресенье особенную свежесть. Однако в воздухе кипела какая-то нешуточная хмарь, которую невозможно было игнорировать — запах жареного мяса напоминал о том, что соседняя лавка недавно подожгла от собачьей зависти. Такие моменты придавали обычную чистоту утра шокирующим контрастом.
Я снова опоздала, и Бренды уже сидели за столом, а запахи витали такие, что у меня заурчало в животе.
– А где же Картер? – удивился дядюшка, выглядевший еще бодрее, чем был с утра.
– Так начитался, что решил поужинать прямо в библиотеке, – заявила я, присаживаясь на любезно отодвинутый лакеем стул. Вдруг стало ясно, что все сотрапезники разместились на другой стороне стола, и я оказалась лицом к лицу с жильцами дома, точно перед судебными заседателями, жующими зеленый салат с помидорками.
Помидорки я не любила, траву еще меньше, но с голодухи была готова скушать вместе со стеклянной салатницей.
– Не переусердствуйте с закусками. По просьбе Уильяма наш Жюль сегодня приготовил свое коронное блюдо, – прокудахтал дядюшка Флинт, и лакей, как раз накладывающей мне еды, стряхнул ложку, свалив половину овощей обратно в салатницу.
– Постараюсь оставить местечко, хоть это и будет сложно, – пробормотала я, глядя на крошечную горку с четвертушкой помидора в центре широченной фарфоровой тарелки.
Для чего было ставить блюдо, рассчитанное на жареного поросенка, если кормить все равно не собирались? Сразу бы подсунули кофейное блюдечко с намеком, что догоняться придется в деревенской таверне.
– А в ближайшей деревне есть таверна? – сама не поняла, как высказалась вслух я.
– Хотите познакомиться с поместьем? – оживился Флинт.
– Вернее, с местной кухней, – намекнула я, что в доме мне несколько голодно. Они вообще слабо представляли, сколько сил отнимала черная ворожба, а мне сегодня пришлось колдовать за трех ведьм. Так и ноги недолго протянуть.
– Выходит, вы любите прогулки на свежем воздухе? – продолжал терзать меня дядька, как будто за столом было не с кем поговорить.
– Ну… свежий воздух лучше, конечно, пыльного чулана, – согласилась я, – но главное, до кладбища не догуляться бы.
Пастор подавился. Он же не догадывался, что я говорила со всей возможной серьезностью. Стоило мне пересечь кладбищенские ворота, как обязательно привязывался какой-нибудь бедняга, померший лет сто назад, и требовал его немедленно упокоить или связаться с его потомками, уже думать забывшими об умершем предке. Конечно, если он или она не собирались донести до правнуков тайну о котелке с золотыми, закопанном в погребе или в огороде.
– Уильям, мой мальчик, устрой нашим гостьям поездку по поместью, – немедленно велел дядюшка. – Дороти наверняка хочется увидеть местный храм, в котором будет проходить венчание.
