Автор
Утро было чудесное — солнечное и наполненное нежными ароматами свежей зелени. Мелкая дождиковая сыпь придавала этому воскресенье особенную свежесть. Однако в воздухе кипела какая-то нешуточная хмарь, которую невозможно было игнорировать — запах жареного мяса напоминал о том, что соседняя лавка недавно подожгла от собачьей зависти. Такие моменты придавали обычную чистоту утра шокирующим контрастом....
Судя по кислой физиономии «мальчика», он встретил повеление дядьки с еще меньшим энтузиазмом, чем я. День на свежем воздухе определенно не вписывался в его грандиозные планы. Подозреваю, Уильям надеялся хорошенько развлечься с рыжеволосой подружкой, хрустящей салатными листами с аппетитом, достойным куриной ножки.
– Пастор Грегори, вы говорили, что хотели нанести визит святому отцу в нашем храме. Присоединитесь? – уточнил Флинт, решив, что ответное молчание племянника подразумевает согласие на поездку.
– Меня размаривает на жаре, – открестился святой отец от утомительной экскурсии под палящим солнцем.
"Не успела я додумать злобной мысли, как двустворчатые двери с пафосом распахнулись и в столовую вкатили тележку для еды с фарфоровым блюдом, накрытым серебряным колпаком. Подача главного угощения вечера сопровождалась процессией, которую возглавляла раскрасневшаяся Мэри, а завершал худой нескладный человек с черными усиками.
– Господин Брент, – без какого-либо акцента или даже слабого фракийского прононса обратился он к Флинту. – Я так счастлив, что вы ожили… в смысле, выздоровели, поэтому пришел лично вас поприветствовать! Надеюсь, что еда вам нравится. Сегодня я вложил в готовку все свои умения!
Пока он говорил, блюдо пристроили в центр стола, а потом лакей церемониально снял серебряный колпак, и у меня необратимо подступил к горлу только-только съеденный салат.
– Госпожа Дороти, – обратился ко мне Жюль, – сегодня Уильям принес мне этих удивительных жаб и сказал, что вы их просто обожаете!
– Да неужели?
– Я просил Жюля приготовить рагу, но он утверждает, что жареные жабы самые вкусные, – промурлыкал Уильям.
Тут же мне в тарелку щипцами уложили пухленькую тушку, с неприятным стеклянным звоном упавшую рядом с почти нетронутой салатной горкой.
– Пробуйте, госпожа! – махнула руками экономка. – Это очень вкусно! Жюль мастер в жарке жаб!
Неожиданно стало ясно, что все взгляды были устремлены в мою сторону. Если обитатели дома ждали, когда я откушу лапку от соплеменницы Дороти, то их ждало страшное разочарование.
– Ешьте побольше, – неверно истолковав мое оцепенение, закудахтала Мэри.
