Ночь скрывается за высокими кустами, где воздух мерцает от редких звёзд. Вдоль бесконечной тропы шагает один солоимый всадник в черных одеждах, его фигура сливающаяся со слабым биением ночного леса. Ощущение глубокой тайны и небывалой опасности наполняет каждый шорох листвы и каждую тень....
– Ответь мне, Генрих, где у красных готовят таких специалистов? И, главное, зачем?
– НКВД?
– Нет. Некоторые из вышеперечисленных качеств диверсанту не нужны. Они избыточны. Иголка под ноготь – вот это манера допроса диверсантов. А вот словесные баталии – это уже по другому ведомству. К сожалению, дураков в НКВД не так много, как нам с тобою бы хотелось.
– Но это может быть и другое ведомство.
– Какое? Армейская разведка? То же самое. Таких специалистов они не готовят. Генрих, напряги ум! Он же у тебя есть! Все, что для этого нужно, – проанализировать уже имеющиеся данные! Среди всего этого есть, по крайней мере, один факт, который все ставит на место!
– Ориентировка НКВД?
– Ну наконец-то! Да, это то самое «лишнее» звено.
– И что же оно обозначает?
– Это «приглашение к танцу», Генрих!"
"– Русские предлагают неофициальный контакт?
– Зачем он нам? Такие контакты были всегда. Чем-то ведь занимаются ребята из шестого управления, по недоразумению именуемые дипломатами?
– В их хитросплетениях сам черт ногу сломит.
– А вот посмотри. Красные проведали про эксперименты профессора, так?
– Да.
– Судя по отрывочным данным, у них тоже есть нечто подобное. Помнишь?
– Но эти сведения так и остались неподтвержденными!
– И неопровергнутыми.
– И это так.
– Так вот, представь себе следующее. Русские получают информацию о работах профессора. Оставим пока за скобками вопрос о том, как им это удалось.
– М-м-м… только в бою!
– Отлично! И как же этот бой организовать? При всем уважении к профессору со взводом солдат его боец не совладает. Как ты помнишь, все попытки использовать его «выпускников» на фронте так и не дали однозначной картины. Почему?
– Его бойцы не умеют отступать.
– Вернее будет сказать – они не успевают понять, что это уже пора делать.
– Двадцать три.
– И сколько из них вернулось назад?
– Трое. Их вынесли с поля боя в бессознательном состоянии.
– То есть они остались живы не благодаря собственному разуму, а просто из-за невозможности продолжать бой.
– Да.
– И при всем при этом они сражались с противником, заведомо уступающим им по выучке и боевым качествам.
