Ночь скрывается за высокими кустами, где воздух мерцает от редких звёзд. Вдоль бесконечной тропы шагает один солоимый всадник в черных одеждах, его фигура сливающаяся со слабым биением ночного леса. Ощущение глубокой тайны и небывалой опасности наполняет каждый шорох листвы и каждую тень....
– Да… Нас так учили…
– И толку от такой стрельбы? Позиционную войну вести собирались?
– Да так, как вы умеете, так у нас даже и инструктора не могут.
– Могут. Только это другие инструктора должны быть. И учить вас надо было не наспех, а всерьез. Чтобы такие, как ты, легко троих-четверых противников, вооруженных причем, могли бы слепить в пять секунд.
– Мы сумеем еще!
– Сумеете, не спорю. Только времени это займет прилично, и сколько еще таких ребят молодых погибнет раньше срока?
– Так война же!
– Войну тоже по-разному вести можно.
– Это как же?
– Можно в лобовую атаку на пулемет за версту переть. Можно его из пушки за пять минут закопать. Можно взвод в оборону в чистом поле положить, а можно его спрятать и во фланг противнику и долбануть. Да много чего можно еще. Только голову на плечах иметь надо.
Маринка снова насупилась. Совсем еще ребенок – вон как щеки надула!
– Дядя Саша?
– Да, Котенок.
– Про дочек своих расскажите.
– Что ж тебе о них рассказать?
– Сколько их у вас?
– Трое. И два сына.
– И не тяжело?
– По-всякому бывало.
– А что они у вас носят? Платья у них какие – красивые наверно?
Да, во все времена все женщины мыслят похоже… Я представил себе Маринку, наряженную в готическое платье, и аж поперхнулся.
– Невеликий я спец по рисованию, но попробую тебе изобразить.
От некоторых моих художественных изысков у Котенка покраснели даже уши…
– И такое у вас на улице носят?!
– И не только такое… Давай лучше лежку готовить, а то я уже заговариваться скоро начну.
Визит к тайнику ничего не дал. Никто не приходил туда, кроме нас, это было очевидно. Маринка заметно погрустнела, так что пришлось выбивать из нее эту грусть усиленными занятиями. Незаметно пролетел день, потом еще один. Следующие визиты к тайникам тоже оказались безрезультатными.
– Ну что? Дальше ждать будем?
– Не знаю… – Маринка явно была растеряна. – Должны же были ребята прийти. Не могли же нас тут забыть?
– Эх, Котенок, знала бы ты, кого и как часто так вот забывали… У нас ведь и с едой – не очень, ждать особо и не можем уже.
– Так, может, у немцев попросить?
– Может, сразу у Черчилля? Ладно, делать все равно нечего, посмотрим.
Плюх!
Котенок смачно впечаталась попой в снег.
– Опять? Сколько раз я тебе говорил – надо уходить вбок! – Да, легко вам говорить, сами вон как крутитесь, а я и не успеваю даже…
– У меня с тобой разница больше чем в тридцать лет! Это я за тобой успевать не должен, а не наоборот! Вставай, хватит отдыхать.
