В черной заре воздух наполнялся непривычными запахами, как будто подменили обычную тихую дымкой от пепелища. Каждый прикосновение к осколкам стекла и лапам песа вызывало только жгучее раздражение, напоминая о том, что здесь люди — а их нет.
— Вот! — гордо говорю я. — Так сказать, взнос в общий котел.
Меня обнимают за шею, и я тотчас же размякаю.
— Ну что ты так сразу шумишь? — спрашивает Галина.
— Э-м-м… ну… нет, я только вот, пайки предложил…
— А потише это нельзя сделать?
— Можно…
В комнате меня пихают на кровать и подвергают тщательному допросу: как все прошло, не было ли каких неожиданностей?
Тщательно подбирая слова, подробно все ей пересказываю. Гадалка морщит лоб.
— Ушел-таки…
— Да, слишком уж там резвые парни оказались.
— Знаю, — кивает моя девушка.
— О, как… А позволь спросить, откуда?
— Ну, ты же помнишь снайпера на чердаке? Того, с ВСС?
— Ну… да.
— Он-то как раз и не наемник. Полагаю, что там тоже находились похожие люди.
— Это точно! Находились. И более того — не слишком-то они между собой контачили и ладили.
Тут уже Гадалка вопросительно поднимает бровь.
— То есть?
— То и есть! Наемники — те занимались персоной Сценариста. Это, надо полагать, он и рванул со всем свистом из поселка. Точнее, его со свистом оттуда потащили. Причем потащил один из второй группы. Они, та самая вторая группа, главным образом занимались какими-то своими делами, хотя и Сценарист им мог приказывать.
— Надо же! — хмыкает девушка.
— Ну да, я уже распорядился все это добро прихватизировать.
