Автор
Статский советник Бахметьев был настоящим волшебником в зале: великолепный шустовский коньячок, сигареты из Египта и беседа о смешных случаях — все это словно вытесняло обычную повседневность. Но поручик Савельев уже готов был убежать из этого обволакивающего мира, когда в кабинете появился Чернокнижник, и его мир рухнул навз mee....
Насколько небрежен был его сиятельство в бытовых привычках, настолько скрупулезный порядок он здесь поддерживал — всякая мелочь на своем, несомненно, месте, вовсе уж мелкие штучки рассортированы по небольшим деревянным ящичкам, ничего такого, что валялось бы в нарушение порядка…
Все. Дальше, собственно говоря, можно и не стараться — одного доклада об этом самом механизме достаточно, чтобы самое высокое начальство незамедлительно распорядилось направить сюда военных из Гатчинского батальона. Машина для путешествий по времени в семьсот сорок четвертом — это грандиознейший непорядок, требующий немедленного исправления.
Оставалась третья комната. Подойдя к ней, Савельев увидел, что из-под двери пробивается блекло-желтый свет — эта комната даже сейчас оказалась освещена, и не похоже, чтобы пламенем свечей — отсветы ни разу не колыхнулись.
Он обратился в слух — но из комнаты не доносилось ни единого звука.
Извлекши все же пистолет, он форменным образом ворвался в комнату — порой навстречу опасностям следует кидаться очертя голову…
Луч его фонаря сразу же потускнел — комната и так оказалась неплохо освещена прикрепленным посреди левой стены матово-желтым полушарием: черт побери, ну это все же электричество… или что-то другое?
Опасностей не было.
Посреди комнаты стоял низкий металлический стол, и на нем, словно прикрепленный множеством стеклянных дужек, навзничь, неподвижно лежал… альв!"
"Невольно нацелив на превосходно знакомого противника оружие (хотя и знал прекрасно, что оно тут бесполезно) Савельев таращился во все глаза.
