Автор
Поручик Савельев отправляется в XVIII век эпохи Елизаветы, где должен разобраться в загадочных временных переговорах. Но упоминание имени легендарного генерала Якова Брюса, слывшего чернокнижником и магом, угрожает перевернуть всё его понимание истории и реальности.
Раздел Chitat.online для книги «Чернокнижники» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Поручик Савельев отправляется в XVIII век эпохи Елизаветы, где должен разобраться в загадочных временных переговорах. Но упоминание имени легендарного генерала Якова Брюса, слывшего чернокнижником и магом, угрожает перевернуть всё его понимание истории и реальности.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Клаас Хейзинг Исторические книги Исторические приключения подборки серии
Поручик Савельев отправляется в XVIII век эпохи Елизаветы, где должен разобраться в загадочных временных переговорах. Но упоминание имени легендарного генерала Якова Брюса, слывшего чернокнижником и магом, угрожает перевернуть всё его понимание истории и реальности.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
И я им намерен заниматься далее. У вас появляется некоторый шанс… Если — подчеркиваю, если! — вы все же правы в какой-то степени, многое можно изменить…
— Так вам Карелин и позволил…
— Мы не занимаемся учеными изысканиями, — сказал Савельев с великим терпением. — Мы, знаете ли, практики. А потому пребываем все же несколько в иной области, нежели господин Карелин… Вы, на мой взгляд, не так уж и пьяны… но лучше протрезветь окончательно. Не то у вас состояние для серьезного разговора. Нет, я не намерен вас неволить… Вы можете и далее упиваться вашим горем, в прямом и переносном смысле… Только есть ли толк? Горе — вещь зловредная, оно может и плавать научиться, и уж тогда вы его ни за что не утопите… Если вам важна ваша работа… ваша прежняя работа, быть может, попробуете побороться?
— Федор, не дури, — сказал Рокотов насколько мог убедительно. — У тебя в самом деле шанс появился… Неужели не воспользуешься? Будь ты мужчиной…
Какое-то время все пребывало в неподвижности и молчании, потом Хомяков, чуть гримасничая, протянул руку:
— Ну ладно, ладно, давайте вашу отраву…
Морщась без всякого притворства, он выцедил содержимое стакана, крякнул, помотал головой, с силой провел ладонями по лицу. Савельев терпеливо ждал, убежденный в действенности испытанного средства. Оно не подвело и на сей раз: довольно быстро Хомяков если и не протрезвел окончательно, то стал крайне близок к тому."
"— Значит, говорите, дополнительное следствие… — протянул он уже совершенно другим тоном. — А почему бы вам, господин из батальона, попросту не понаблюдать за этим прохвостом Аболиным? Посмотреть, при каких обстоятельствах он изволил у нас появиться? Даты и даже точное время «вспышек» распрекрасным образом зарегистрированы.
— Вы о чем? — притворился непонимающим Савельев.
О некоторых вещах, о некоторых возможностях, имевшихся в распоряжении батальона, понятия не имели даже в той же Особой экспедиции — секретность соблюдалась строжайшая. Хомяков тоже не мог ни о чем подобном знать, поскольку официально на службу в батальон он так и не был зачислен…
Хомяков улыбнулся крайне хитро:
— Ах, господин поручик, господин поручик… Вы в самом деле считаете, что достаточно выпустить пару-тройку предписаний о строжайшей секретности, чтобы все было в ажуре? Человек, преуспевший в изучении некоторых научных дисциплин, о которых посторонние и не знают, способен многое вычислить. Честное слово, — он взял карандаш в серебряной оправе, чистый лист бумаги и изобразил на нем уверенными быстрыми штрихами нечто вроде раскидистого дерева без листьев.
