Автор
Статский советник Бахметьев был настоящим волшебником в зале: великолепный шустовский коньячок, сигареты из Египта и беседа о смешных случаях — все это словно вытесняло обычную повседневность. Но поручик Савельев уже готов был убежать из этого обволакивающего мира, когда в кабинете появился Чернокнижник, и его мир рухнул навз mee....
Потом только присмотрелся к хозяину: молодой человек несколькими годами постарше него, в форменном сюртуке министерства народного просвещения, русые волосы подрастрепаны, бородка тоже. Некоторую дозу успел-таки принять на грудь…
— Бог ты мой! — с обычным хмельным энтузиазмом воскликнул хозяин, вскакивая. — Ромушка, вот не чаял! Сейчас прикажу еще стопочек принести… А вы… простите, не имею чести… тоже ведь не откажетесь?
— Увы, откажусь… — сказал Савельев. — Не затрудняйте себя, пожалуйста, вызовом прислуги. Я так полагаю, Роман Степанович тоже не склонен…
— Рома?!
— Извини, Федя, что-то нет желания… — сказал Рокотов хмуро.
— Хомяков Федор Игнатьич, очень приятно! — лицо хозяина преисполнилось неприкрытого сарказма. — Как же, а как же… Вотчина академика Карелина…
— Не вполне, — сказал Савельев терпеливо. — При всем том весе и значении, которое господин академик имеет в некоторых… учреждениях, к текущей жизнедеятельности батальона он не имеет отношения, не говоря уж о влиянии на дела…
— Ну да, конечно, — поморщился Хомяков.
— Федя, успокойся, — сказал Рокотов твердо. — Аркадий Петрович по поручению батальонного начальства проводит, как бы это выразиться, нечто вроде дополнительного следствия… И есть некоторые основания для оптимизма…
— Великолепно! — воскликнул Хомяков с напускным восторгом.
— Обнадеживать вас раньше времени я не буду, — спокойно сказал Савельев. — Рановато, по-моему. Но дополнительное следствие, сдается мне, и в самом деле не помешает… Мы можем поговорить серьезно?
— Да бога ради…
— Прекрасно, — сказал Савельев. — Могу я в таком случае попросить у вас полстакана холодной воды?
— Да в момент…
Хозяин позвонил, и вскоре прислуга доставила требуемое.
