Автор
Статский советник Бахметьев был настоящим волшебником в зале: великолепный шустовский коньячок, сигареты из Египта и беседа о смешных случаях — все это словно вытесняло обычную повседневность. Но поручик Савельев уже готов был убежать из этого обволакивающего мира, когда в кабинете появился Чернокнижник, и его мир рухнул навз mee....
Будучи подвергнут пытке, от своих слов не отказывался…» Что это?
— Великая Британия, знаете ли, — ответил Хомяков. — Повествование «о злокозненном колдуне Джеймсе Уиготе». Уверявшем, как вы сами только что прочли, что он обладает возможностью путешествовать по времени. Между прочим, «год, отмеченный Числом Зверя», определяется практически моментально. Тысяча шестьсот шестьдесят шестой… год Великого лондонского пожара. По-моему, этого уже достаточно. Суд, кстати, происходил в четыреста сорок первом году, за двести с лишним лет до пожара.
Савельев молчал. Он, в отличие от хозяина, прекрасно знал, что имеется в виду под налетом на Лондон плюющихся огнем железных гарпий…
— Четыреста сорок первый… — произнес он задумчиво. — И что с этим Уиготом было потом?
— Казнили, — усмехнулся Хомяков. — В соответствии с законом о колдовстве… который, кстати, в туманном Альбионе не отменен и по сей час… Пойдем дальше.
— Инквизиция? — спросил Савельев."
"— Не совсем. Модельхейм — это протестантское княжество… но ведьм и колдунов протестанты преследовали с не меньшим пылом, нежели святая инквизиция… Разве что на сей раз финал был другим: герр Глюкке ухитрился как-то бежать из-под стражи, и, встретив знакомого на улице, заявил, что ноги его больше не будет в этом чертовом времени.
