В тьмУпе словно нет ни единого звука — только собственные сердцебиения и глубокий промозолившийся воздух. Чуть свет, когда глаза еще не адаптировались к темноте, вырывает существо из состояния медленного безумия в холодную бесконечность — абсолютный мрак, где нет ничего, кроме себя и вечного покоя либо бесконечной тоски....
Похоже, «Черные ножи» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Мы ничем, по его мнению, не могли помешать дальнейшим планам. Однако помешали.
Кем он был, глубоко законспирированным агентом Абвера или предателем из местных, я не знал. Но предположил первое — слишком уж глубоко он был внедрен, по долгу службы имел доступ к множеству государственных тайн и секретов, лично рекрутировал исполнителей, и, судя по всему, лично же убирал тех, в ком усомнился — очень уж мутная была история гибели бригады Зуева.
— Ты владеешь немецким, Буров? — хищно прищурился лейтенант Куликов, или как там его звали на самом деле, но пистолет при этом не опустил и не отвел в сторону.
— Я — враг? — расхохотался я, впрочем, это вышло не слишком естественно. — А что тогда здесь делаете вы?
— Получил от тебя ложный сигнал, но сообщил по инстанции наверх, сам же, когда состав проходил мимо завода, сумел заскочить на степени.
— Почему не получилось?
— Рычаг сломан! — взмахнул левой рукой Куликов. — Преступник, очевидно, выломал его до того, как сошел с поезда.
Я не верил ни единому его слову, четко осознавая, что передо мной стоит враг. Настоящий, матерый, хищный и чертовски опасный.
— А весьма сомнительный рабочий завода Буров, непонятно каким образом оказавшийся здесь, погиб, — пояснил с печальным видом лейтенант: — Ты очень вовремя появился и слишком примелькался. История со шпаной — раз, с грабителями — два, с этим твоим Носовым — три! Или ты думал, что я ничего не узнаю? Дурилка! Ваша жалкая шайка заводских мстителей была у меня на карандаше с первого дня, и с Денисовым я дружен, так что городские новости не проходят мимо меня.
