Автор
В начале 1923 года в фирме Генриха Кроля обсуждаются вопросы продажи надгробий, что несет в себе напряжение. Между персонажами существует сложная динамика отношений, где верность и жизненные трудности создают внутренний конфликт. Интрига разворачивается вокруг судьбы людей и их памяти.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Черный обелиск»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В начале 1923 года в фирме Генриха Кроля обсуждаются вопросы продажи надгробий, что несет в себе напряжение. Между персонажами существует сложная динамика отношений, где верность и жизненные трудности создают внутренний конфликт. Интрига разворачивается вокруг судьбы людей и их памяти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эрих Мария Ремарк Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
В начале 1923 года в фирме Генриха Кроля обсуждаются вопросы продажи надгробий, что несет в себе напряжение. Между персонажами существует сложная динамика отношений, где верность и жизненные трудности создают внутренний конфликт. Интрига разворачивается вокруг судьбы людей и их памяти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Близнецы, а у меня и на одного-то молока не хватало…
Вильке наклоняется к ней.
— Та же самая болезнь! — В его глазах вспыхивает любопытство исследователя. — Говорят, у близнецов это бывает. Астрология…
— Ну так как насчет гроба? — спрашиваю я. Непохоже, чтобы женщина стала продолжать разговор с Вильке на эту захватывающую тему.
— Попытаюсь, — отвечает Вильке. — Но не знаю, разрешается ли это. Вы не знаете? — обращается он ко мне.
— Можно справиться в кладбищенской конторе.
— А как насчет священника? В какую веру крещены младенцы?
Женщина отвечает не сразу.
— Одного крестил католик, другого — евангелист, — наконец отвечает она. — Так мы уговорились. Муж — католик, я — евангелистка. Поэтому и решили поделить близнецов.
— Значит, одного вы крестили в католическую веру, другого в евангелическую?
Интерес Вильке к странностям жизни пробудился снова.
— И, конечно, в двух разных церквах?
— Разумеется, — нетерпеливо отвечаю я. — Где же еще? А теперь…
— Как же вы их различали? — прерывает меня Вильке. — То есть все это время? Они были очень похожи?
— Да, — отвечает женщина. — Точно два яйца.
— Вот-вот! Так как же можно отличить одного от другого, да еще таких маленьких? Вам удавалось? Особенно в первые дни, когда все идет вверх дном?
— Но ведь теперь уж все равно, — заявляю я и делаю Вильке знак, чтобы он прекратил расспросы.
Но Вильке все еще полон научного любопытства, чуждого всякой сентиментальности.
— Совсем не все равно, — отвечает он. — Ведь их же придется хоронить! Один — католик, другой — евангелист. А вы знаете, который католик?
Женщина молчит. Вильке все больше горячится.
— Вы думаете, вам разрешат хоронить их одновременно? А ведь если у вас будет общий гроб — придется. Но тогда должны присутствовать и два священника, католик и евангелист! А они ни за что не пойдут на это. Они сильнее ревнуют Господа Бога, чем мы — наших жен.
— Но вас, Вильке, все это совершенно не касается, — говорю я и под столом даю ему пинок.
— А близнецы? — восклицает Вильке, не обращая на меня внимания. — Ведь католика похоронят тогда по евангелическому обряду, а евангелиста — по католическому! Вы представляете себе, какая путаница? Нет, с двойным гробом ничего не выйдет! Два отдельных гроба — вот как придется сделать. Тогда каждая религия получит своего. А священники могут повернуться друг к другу спиной и их отпевать.
Вильке, видимо, считает, что одна религия — яд для другой.
— Вы уже говорили со священниками? — осведомляюсь я.
