— Говорить будет муж, — отвечает женщина.
— Меня очень интересует, как же в таком случае…
— Вы беретесь сделать двойной гроб? — прерывает его женщина.
— Сделать-то можно, но я вам скажу…
— Сколько это будет стоить? — спрашивает она.
Вильке чешет затылок.
— Когда он вам нужен?
— Чем скорей, тем лучше.
— Тогда мне придется всю ночь работать. Сверхурочно. Его нужно сделать заново, таких нет.
— Сколько это будет стоить? — снова спрашивает его женщина.
— Я вам скажу, когда сдавать буду. Сделаю дешево, ради науки. Я только не смогу взять его обратно, если вам не разрешат.
Вильке с удивлением смотрит на женщину:
— А вы откуда знаете?
— Если священники не согласятся — похороним без священников, — сурово заявляет женщина. — Они всегда были вместе, пусть вместе и останутся.
— Значит, сговорились. Я вам доставлю гроб, но предупреждаю — обратно не возьму.
Женщина вытаскивает из сумки кожаный кошелек на молнии.
— Хотите получить аванс?
— Да уж так полагается. На материал. Женщина смотрит на Вильке.
— Миллион, — заявляет тот, слегка смущенный.
Женщина дает ему деньги. Бумажки мелко сложены.
— Запишете адрес? — говорит она.
— Я пойду с вами, — отвечает Вильке. — Сниму мерку. Вы получите хороший гроб. Женщина кивает и смотрит на меня.
— А памятник? Когда вы его доставите?
— Когда хотите. В общем памятник ставят обычно через несколько месяцев после похорон.
— А мы не могли бы получить его теперь же?
— Конечно. Но лучше подождать. Через некоторое время земля на могиле осядет. И лучше уже тогда ставить памятник, иначе его придется укреплять еще раз.
— Ах так, — отвечает женщина. На миг кажется, что ее зрачки дрожат.
— Нам хотелось бы все же получить памятник сейчас. Разве нельзя… разве нельзя установить его так, чтобы он потом не оседал?
— Тогда нужно подводить специальный фундамент. Для памятника. Еще до погребения. Хотите?
— На памятнике должны быть их имена, — говорит женщина. — Не будут же они лежать просто так. Лучше, если вы теперь же напишете их имена.
Она дает мне номер места на кладбище.
— Я хотела бы тоже уплатить вперед, — говорит она. — Сколько это стоит?
Она снова открывает кожаный кошелек. Смущенно, как и Вильке, называю я цену.
— Ведь теперь все считают на миллионы и миллиарды, — добавляю я.
Странно, что иной раз по тому, как люди складывают банкноты, можно судить о том, честные они и порядочные или нет. Женщина развертывает одну бумажку за другой и кладет на стол, рядом с образцами гранита.