Автор
В начале 1923 года в фирме Генриха Кроля обсуждаются вопросы продажи надгробий, что несет в себе напряжение. Между персонажами существует сложная динамика отношений, где верность и жизненные трудности создают внутренний конфликт. Интрига разворачивается вокруг судьбы людей и их памяти.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Черный обелиск»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
В начале 1923 года в фирме Генриха Кроля обсуждаются вопросы продажи надгробий, что несет в себе напряжение. Между персонажами существует сложная динамика отношений, где верность и жизненные трудности создают внутренний конфликт. Интрига разворачивается вокруг судьбы людей и их памяти.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Эрих Мария Ремарк Легкое чтение Любовные романы Современная проза подборки серии
В начале 1923 года в фирме Генриха Кроля обсуждаются вопросы продажи надгробий, что несет в себе напряжение. Между персонажами существует сложная динамика отношений, где верность и жизненные трудности создают внутренний конфликт. Интрига разворачивается вокруг судьбы людей и их памяти.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Мы отложили эти деньги им на школу, — говорит она. — Но к тому времени, конечно, их уже не хватило бы, а теперь хватит хоть на памятник…
— Исключено! — восклицает Ризенфельд. — Вы вообще имеете представление о том, сколько стоит черный шведский гранит? Его привозят из Швеции, молодой человек, и он не может быть оплачен векселями на немецкие марки. За него надо платить валютой! Шведскими кронами! У нас осталось всего несколько глыб! Для друзей. Последние! Это все равно что голубые бриллианты! Одну я вам дам — за вечер, проведенный с мадам Вацек, но две? Вы что, спятили? С таким же успехом я мог бы потребовать от Гинденбурга, чтобы он стал коммунистом.
— Вот видите! Так примите от меня эту редкость и не пытайтесь вытянуть из меня больше, чем ваш шеф. Так как вы одновременно и посыльный, и директор конторы, то не ваше дело заботиться об авансе.
— Это-то, конечно, нет. Я действую из чистой любви к граниту. Притом — платонической. Я даже не намерен его продавать сам.
— Нет? — спрашивает Ризенфельд и наливает себе рюмку водки.
— Нет, — отвечаю я. — Дело в том, что я решил переменить профессию.
— Опять? — Ризенфельд так передвигает свое кресло, чтобы ему было видно окно Лизы.
— Опять в школьные учителя?
— Нет. Я уже не настолько наивен и не настолько самоуверен. Не посоветуете ли вы мне что-нибудь? Вы ведь повсюду разъезжаете.
— Что именно? — спрашивает Ризенфельд без всякого интереса.
— Какое-нибудь занятие в большом городе, хотя бы курьером при какой-нибудь газете, мне все равно.
— Оставайтесь тут, — говорит Ризенфельд. — Тут вы на месте. Мне вас будет недоставать. Почему вы хотите уехать?
— Я не могу сказать вам точно. Если бы я мог, не было бы такой срочности. И я не всегда это чувствую, только время от времени. Но в эти минуты я уверен до черта, что так нужно.
— И сейчас вы уверены?
— Боже мой! — восклицает Ризенфельд. — Вы еще не раз будете жалеть, что уехали отсюда.
— Безусловно. Поэтому я и хочу уехать.
Вдруг Ризенфельд вздрагивает, точно схватился мокрыми лапами за электрический провод. Лиза включила в своей комнате свет и подошла к окну. Она, вероятно, не видит нас в полутемной конторе и спокойно снимает блузку. Под блузкой у нее ничего нет.
Ризенфельд громко сопит.
— Боже! Разрази меня! Какие груди! Ведь на них спокойно можно поставить пол-литровую кружку с пивом, и она не упадет!
— Тоже неплохая мысль! — замечаю я. Глаза Ризенфельда блестят.
— И фрау Вацек всегда показывается в таком виде?
— Она довольно беззаботна.
