В темноте только отчетливый мерцание тлеющих свечей и слабый свет из-под закрытых дверей. Марори медленно приходит в себя, чувствуя жгучую боль в голове и запах горелой плоти. Пальцы оставляют незаметный след на плече — это знак доверия и бдительности. Вокруг таит опасность, но она решительно отказывается уступить своей больной голове и сжигающему миру....
Мы только с задания – как раз закрывали Разрыв в соседнем городке, когда узнали о вас.
— Удачно закрыли?
— Конечно! – Нотхильдис резко подпрыгнул, без видимого труда перемахнул через широкий провал. – Запечатали к хренам собачьим! - прокричал уже в воздухе. – В последнее время слишком часто все кругом рвется. У нас спецов не хватает везде успеть. Приходится кем-то жертвовать.
Марори внутренне поморщилась от услышанного, но решила за лучшее смолчать. В конце концов, она отлично помнила собственный недавний опыт по знакомству с итогами запущенного Разрыва.
Между тем, дрожь под ногами вроде бы стихла, а провалы в земле прекратили расширяться. К этому времени троица почти достигла нужного вагона, найти его не составило труда, дело осталось ха малым – вскрыть замок и забрать Энигму. Ерунда, казалось бы, если б не бронированная дверь с секретным замком.
Нотхильдис выругался, с силой хватанул по двери ногой.
— И что?! – спросил он зло, исподлобья зыркнув на Марори.
Но та уже смотрела в сторону – туда, где в прозрачном воздухе стремительно сгущалось нечто темное, округлое, знакомое до боли в зубах.
— Я с тобой разговариваю! – Нот дернул Марори за плечо. – Не знаю, насколько важной ты себя чувствуешь, но… - он замолк на полуслове, затем сплюнул на землю. – Дождались, поздравляю. Надо отходить к стражам.
Портала в Эльхайм больше не было. Видимо, спасательная вылазка не предполагала долгих поисков уцелевших. Клинки сместились, встав ровным кругом, в центре которого назревало золотистое свечение. Их прикрывали вооруженные бойцы. Вертолеты ожили, вероятно, готовясь спешно покинуть место катастрофы.
А Разрывы появлялись все новые – вспухали чернильными пятнами, разглаживались, натягивались подрагивающими зеркалами.
— Мы уходим! – твердо сказал эрэлим.
— Нет! – попыталась возразить Марори, понимая, что пытается ломиться в дверь, которую ей не открыть.
— Я отвечаю за твою безопасность. Все остальное, включая тамакату, вторично. Никто не доберется до нее после опечатывания.
— О, у одного из вас осталось немного мозгов? – усмехнулся Нотхильдис. – Все, ходу!
Марори рыскала глазами по треклятому вагону, пытаясь найти в нем хоть намек на возможность проникнуть внутрь.
