Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
Ведь никогда ни в чем нельзя быть уверенной.
Лайонин ответила коротким холодным взглядом.
– О, я не хотела вас оскорбить. Просто лорд Ранулф такой красивый мужчина. Должно быть, он пользуется огромным успехом у женщин. Я нахожу его абсолютно неотразимым.
– Я не позволю обсуждать моего мужа в подобном тоне.
– Прошу меня простить. Собственно, я хотела говорить не о вашем муже. Поверьте, я просто вам удивляюсь. Если бы мне предстояло вскоре отяжелеть ребенком, а муж-красавец находился бы за много миль отсюда, с мужчинами, которые приводят в лагерь женщин, пусть самого низкого пошиба, но тем не менее женщин… На вашем месте…
– Леди Амисия, если вы в самом деле леди, ваши намеки вполне недвусмысленны и крайне мне не нравятся.
– Я согласна с вами. Мне тоже не хочется слышать напоминания о моем несчастье.
Лайонин пожала плечами.
Амисия улыбнулась и провела пальцем по шпалере.
–Даже при самом коротком знакомстве я нахожу, что лорд Ранулф… человек крайне романтичный, не считаете? Расскажите, как он ухаживал за вами? Трудно было покорить его, или это дело нескольких дней? Долго ли вы знали друг друга до помолвки?
Лайонин от возмущения потеряла дар речи.
– Думаю, на весь ваш роман ушло несколько дней, – продолжала Амисия, но тут же поспешно прикрыла рот рукой. – Правда, лорд Ранулф не из тех мужчин, кто легко влюбляется: для этого он слишком серьезен. О, простите, вы, кажется, упомянули, что он не признавался вам в любви.
После ее ухода ошеломленная Лайонин долго не могла пошевелиться. Наконец она встала и покачала головой. Ей всегда было известно, что француженка – воплощение зла. Стоит ли удивляться, что она это доказала? Но что, если Ранулф в разлуке затоскует и возьмет себе женщину? Так поступают большинство мужчин. Это вполне естественно, и ей стоит смириться с женской долей.
Она вновь принялась за шитье, но так задумалась, что уколола иглой палец и, сразу опомнившись, принялась за работу с новой энергией. Нет! Нет! И нет! Она не позволит другой коснуться ее Ранулфа!
Через четыре дня прибыл первый гонец. Лайонин увидела его из окна-солара и заметила на плаще герб Мальвуазенов.
Лайонин сбежала вниз с такой быстротой, что споткнулась и едва не упала. Она не заметила следовавшую по пятам Амисию.
