Автор
Леди Лайонин проворковала под старым донжоном, где холодные январские ветры стучали по каменным стенам, будоража сердце лежащей внутри нее. Люси звалу, но толстые одеяла и теплый шатер были ее последним убежищем от морозов и беззаботного ожидания своего назначения.
– Что ты затеял? – взорвалась она. – Почему идешь с мечом на бедного мальчика?
– Думаю, на это ты легко найдешь ответ. Воображаешь, будто сможешь тайком от меня бегать на свидания? Я предупреждал тебя, а ты все делаешь мне наперекор.
Но она стояла, прямая как струна, отказываясь склониться перед ним.
– Твои слова не имеют смысла. Парнишка лишь ехал рядом со мной, и мы разговаривали о весне. Я не виновата, что безумная ревность заставляет тебя все видеть в черном свете.
– Вот как? – со смертоубийственной холодностью отчеканил он.
Гнев почти ослепил ее.
– Ты единственный мужчина, которому я позволила коснуться себя, и с каждым днем все больше об этом жалею. Лучше бы мне покончить с собой, прежде чем я дала брачные обеты столь злобному и гнусному человеку, как ты!
Рука Ранулфа взметнулась и с силой ударила ее по лицу, свалив на землю.
– В таком случае мы исправим все, что наделали. Завтра я уезжаю в Уэльс, а когда вернусь, чтобы духу твоего тут не было! – рявкнул он, и, вскочив на коня, умчался.
Лайонин несколько минут лежала, не в силах пошевелиться: кровь сочилась из уголка израненного рта. Она знаком велела сэру Брэдфорду удалиться, и юноша покорно уехал, оставив ее одну.
И только тогда хлынули слезы – слезы отчаяния и безысходности.
Она не хотела ему дерзить, но была не в силах справиться с собственной вспыльчивостью. Чего же стоят ее благородные намерения убедить его в своей любви? Муж прогнал ее, и больше она не сможет ничего ему доказать.
– Ранулф! – горестно вскрикнула она сквозь всхлипы. Завтра он покинет остров, и между ними все будет кончено.
Она вдруг села, глядя в пространство. Неужели ее зря назвали в честь львицы, и у нее не больше мужества, чем у грязного серва? Она не сдастся так легко!
Лайонин вытерла слезы и горько улыбнулась.
Снова обретя цель в жизни, она вернулась домой. Столько дел придется переделать до завтрашнего утра!
Глава 8
Во внешнем дворе уже стояли груженые фургоны.
