Автор
Лондон в июне 1763 года пылал яркими фонарями и бурно дышал атмосферой старого города. Где-то далеко гремели барабаны и звучали скрипки, где-то вдалеке плескалось озеро, и несется легкий запах пряностей из кухонь таверн. Однако всеобщая суета исчезала за переплетением узеньких улочек и прибрежными мостиками, где леди и джентльмены скрывались в темных барах и клубах, оставляя свои тени....
А как ты? У тебя дело сдвинулось с мертвой точки?"
"— Я приблизился еще на три шага к аду, — сказал Бей и свернул на маленькую улочку позади Мальборо-сквер. Диану охватило отчаяние. Как можно бороться с ним, если эта борьба приближает его к аду?
Вскоре они подъехали к конюшням, и навстречу им выбежали грумы.
— Все в порядке, милорд? — спросил один из них, беря под уздцы лошадь Бея. Он не выразил никакого удивления, увидев хозяина в одной рубашке и едущую рядом Диану в его камзоле.
— Да, Биб, спасибо.
Диана с благодарностью прижалась к нему. Она вздохнула и обвила рукой его талию, ощутив крепкое, мускулистое тело. Долг, честь и ответственность нельзя было сбросить, как неудобную одежду.
Вероятно, Бей услышал этот вздох, так как прижал ее к себе еще крепче и, взяв фонарь, повел по дорожке к задней части дома. Здесь вопреки ожиданиям слуг не было; маркиз сам открыл ключом маленькую боковую дверь.
Если Порция была определена в качестве сопровождающей ее дамы, то она плохо исполняла свои обязанности. Тускло мерцающая свеча создавала недвусмысленную обстановку, даже когда они прошли через дверь на хозяйскую половину дома.
Сердце Дианы бешено заколотилось. Ей хотелось забыть в объятиях Бея обо всем, что с ней случилось. Но не будет ли это еще одним шагом к аду?
Диана оказалась наверху в большой спальне, где маркиз зажег свечи.
— Хорошо, — сказал маркиз, усаживая ее на постель. — Подожди здесь, я скоро вернусь.
Диана задрожала, борясь со слабостью, и решила снять наконец камзол Бея, но что-то укололо ее. Это была его булавка, соединявшая разрезанный корсаж платья.
Она поспешила к умывальнику, вытаскивая булавку.
В кувшине оказалась вода, причем достаточно теплая. Впрочем, это не имело значения. Она налила воду в тазик, намылила салфетку и начала тереть ею свои груди. Она терла и терла их, стараясь уничтожить даже память о прикосновении рук негодяя Рэндольфа…
Внезапно почувствовав чей-то взгляд, она замерла и обнаружила, что Бей наблюдает за ней.
