В дни мракобесия, когда свет отъехали во многие подъезды, город стал наполниться тенями. Теклянные банки зажигаются, и в их полутьме продавцы старых товаров готовятся к закрытию дня. В ночную смену старухи на улицах выступают как пестрые рэкетирские бригады, раздавая свои несложные товары. Сейчас четверо воинов Белого — Ливер, Хром, Фюрер и Фредик — рассредоточены по прилавкам, каждый за своим сектором, наблюдающие за новыми торговками....
Во все его широкие стекла злобно пялились ижаковские бандиты. Белый уже вызвонил группу быстрого реагирования, сориентировав на заметную красную куртку.
Славка вышел на улицу и в ближайшем киоске взял ещё бутылку темного крепкого пива, попросив откупорить. Он стоял, навалясь на железную стенку киоска, глотал холодную горечь и медленно приходил в себя. Рядом стоял прислоненный футляр для гитары. Ничего, мысленно уговаривал себя Славка, держись, альпинист. Подумаешь, опора оказалась ненадежной. Думал, скала, а это оказался всего лишь снежный карниз, наметенный ветром, и он обломился.
"Часа через три он приешел домой. Так мысленно называл, да и ощущал на самом деле, квартиру Веры Степановны. У подъезда сидели знакомые тетки, соседки бабы Веры, чесали языки.
– Здравствуйте, дамы! – как обычно, поприветствовал их Славка.
– Здравствуй, Славик! – откликнулась одна из них. – Да ты никак пьяный? Ну, наконец-то! А то мы все удивляемся: что за музыкант такой? В ночных заведениях играет, а все время трезвый!
– Эх, – вздохнул Славка, – да я и не пьяный вовсе.
– Да чего тебе грустить? – удивилась соседка. – Такому-то молодому? Вон, достань гитару да сыграй что-нибудь веселенькое.
– Не тот инструмент, чтоб веселенькое играть, – снова вздохнул Славка, – а только очень тяжелый металлический рок.
* * *
Замотанная кучей дел, Виолетта Водянкина не забывала тем не менее о Черном Пауке. Папка пополнялась материалами, распухала и обтрепывалась, принимая рабочий вид.
Ночное побоище в подъезде дало новый толчок её частному расследованию. Среди вещей, обнаруженных в карманах убитого Пятыгина, известного в криминальных кругах под кличкой Пятак, оказалась цветная фотография бородатого парня в ярко-желтой пуховке, снявшегося на фоне заснеженных гор. Края фотографии были грубо и неровно оборваны, а сама она слегка помята.
В ту ночь Виолетта дежурила и выехала с опергруппой на место преступления.
