В черном море, где холодные воды покрыты плотной пеленой льда, огромная ледяная глыба движется навстречу кораблю. Судно едет прямо на нее, но вместо борьбы с ледяным валом капитан решает изменить курс. Тем не менее, трое остальных ледяных хребтов следуют за ним и явно готовы к столкновению. В воздухе повисает напряжение, ожидая самого решающего момента....
— Спасибо вам, мо… — И обмерла, вскинув на него глаза.
Видимо, она cобиралась сказать «молодой человек», но так и не договoрила.
Когда Мартин наклонился, спасающий от снега капюшон упал на глаза, и он сбросил его на плeчи, чтобы не мешался. Собранные же в короткий хвост волосы не скрывали мочку уха, на которую теперь и уставилась в ужасе женщина.
Март не носил серьгу-ограничитель магии вот уже три года, но, как и у других темных, отверстие, оставшееся после нее, даже не думало зарастать. А в Реонерии любой, кому было больше трех лет от роду, знал, что означает такой след и от чего он остался.
Женщина вздрогнула и отшатнулась. Та самая рука в вязанной рукавице, которой совсем недавно касался Мартин, помогая несчастной подняться, взметнулась ко лбу, вычерчивая защитный знак.
— Дремучие люди, — фыркнул подошедший Гилберт. И женщина замерла, не окончив движение; во все глаза уставилась на новое действующее лицо. Белый маг сгримасничал. — Да не действует это на них, только злит!
Лицо горожанки побледнело.
Март мысленно выругaлся. Подхватил Гилберта под руку и потащил за собой к выходу с пристани.
— Пошли, помощничек.
Юноша-носильщик, которого Поллоу успел нанять, пока Мартин отвлекся, с готовностью потащил вслед за ними внушительный багаж белого мага.
Глава 3
— Еще раз, — холодно пoвторил Март, уперев ладони в столешницу и практически нависнув над собеседником, инстинктивно вжавшимся в спинку своего кресла, — только теперь что-то более внятное, чем «ничего не знаю, так получилось».
Дейл Хорес, глава местной Гильдии магов, судорожно сглотнул и в очередной раз мученически скосил глаза на золотое кольцо-печатку на пальце настойчивого визитера. Такие кольца имелись лишь у немногих приближенных к королю — знак высочайшего доверия его величества и права говорить от его имени. Дома Мартин никогда не носил свое — в столице его знали в лицо, и его положение не требовало доказательств. Здесь же, чтобы хотя бы попасть в кабинет начальства, ему пришлось тыкать печаткой в нос буквально каждому встречному магу.
— Лорд Викандер, я не совсем понимаю… — выдавил из себя Хорес, нервно теребя широкие рукава светло-серой хламиды.
Еще один показатель того, как обстоят дела на севере: если в столице в подобной одежде до сих пор ходили лишь немногие упрямцы вроде Гилберта Поллоу, то тут в хламиды были облачены все белые маги без исключения. Прямо-таки путешествие в прошлое.
