В дубовой Балке под стук колес старых шоссе пронизывающий ветер кружил белесой пеленой. Голодные кони упрямо карабкались по снежным горам, словно черты и ведьмы танцевали вокруг них. Усталость их несказана, но они продолжают бежать через овраги, погружаясь в месиво пушистых сугробов....
За ней — вторая, третья… Напуганные собаками, они мчались сломя голову прямо на всадников.
Зазвенели тетивы луков, просвистели стрелы. Две лисицы забарахтались в снегу, третья как вихрь, взбивая за собой белую пыль, прошмыгнула между всадниками и побежала ложбинкой к редким кустам, темневшим в неглубоком овражке. Арсен и Ванда повернули коней и помчались следом.
— Стреляй, пан Арсен! Стреляй! — крикнула Ванда, когда лиса, перед тем как прыгнуть в кусты, на миг остановилась и оглянулась на преследователей.
Арсен, не останавливая коня, натянул тугую тетиву.
— Обидно! — воскликнула с досадой Ванда. — Убежала… А какой роскошный мех у неё! Как золото!"
"— Не жалей, пани, — утешал её Арсен. — Здесь, видимо, такой дичи хватает… Двух уже убили. А это ведь только первый заход. Обещаю добыть тебе хорошую лису!
— Заранее благодарю, пан.
Они поехали назад. Кони шли рядом.
— Какие вести из Речи Посполитой привезли купцы, пани? — спросил Арсен.
Глаза Ванды погрустнели.
— Когда они уехали, я проплакала всю ночь. Так было тяжко на сердце.
— Почему так?
— Не видать мне больше своей отчизны… Король Ян Собеский готовится к войне против султана и хана.
— Откуда это известно пани? — с любопытством спросил Арсен, внимательно вглядываясь в разрумянившееся лицо женщины.
— От проезжих купцов. Говорят, что против турок выступают Австрия, Венеция и папа… Те хотят, чтобы Речь Посполитая была с ними.
— Так говорят купцы?
— Я сама такое предполагаю.
— Пани рассказала об этом мужу?
— А для чего? — удивилась Ванда. — Я ведь полька! Разве я враг своей отчизне?
— Пани поступила разумно, — похвалил Арсен, мысленно отмечая, что женщина рассуждает здраво и рассказала ему о новостях не без умысла.
Охота продолжалась ещё часа два или три. Арсену удалось подстрелить лису, и он подарил её Ванде, подумав при этом, что всех лис яйлы не хватит отблагодарить женщину и за спасение его и Романа, и за сообщённые ею столь важные сведения.
7
Когда Арсен закончил свой рассказ, Тяпкин сбросил кожух, из-под которого не собирался вылезать до утра, вскочил с тахты и стал быстро ходить по комнате.
