В дубовой Балке под стук колес старых шоссе пронизывающий ветер кружил белесой пеленой. Голодные кони упрямо карабкались по снежным горам, словно черты и ведьмы танцевали вокруг них. Усталость их несказана, но они продолжают бежать через овраги, погружаясь в месиво пушистых сугробов....
Юрась говорит — опасный преступник… Запорожец!"
"— Во-о-он как! — Палий задумался. — Что же делать? Я очень надеялся на Мирона… А тут, оказывается, его самого выручать надобно… Так вот, нам позарез нужны глаза и уши, чтобы знать, что делается в Немирове, особенно в окружении гетмана.
Савва поднялся. Облегчённо вздохнул.
— Теперь мне понятно… Кажется, я смогу быть полезным вам. С одним условием… Если вы поможете освободить Мирона…
— Друже, давай не будем говорить об условиях, — перебил его Палий. — Мирон — мой давешний приятель, и дело моей чести помочь ему! Но сам знаешь: иногда не все сбывается, что намечается.
— Ладно. Я согласен. Пожалуй, сейчас, не откладывая до утра, мы сходим к Феодосии, Мироновой жене, а моей старшей сестре. Она, поди, узнала что-нибудь новое о Мироне… Там и договоримся о дальнейшем.
2
В хате их было пятеро: трое пропахших морозом мужчин, сестра Саввы Феодосия и её пятнадцатилетний сын.
Сидели на лавках и скамьях вокруг стола, застеленного белой скатертью. В тёмном бронзовом подсвечнике пламенела свеча.
Взаимное доверие было установлено сразу же, как только гости, переступив порог, поздоровались с хозяйкой.
— Я хорошо помню тебя, пан Семён! — сказала Феодосия, крепко, по-мужски, пожимая руку Палия. — Только раз заглянул ты к нам, лет двенадцать назад, ещё в старой хате, у свекров, но мы все частенько вспоминали об этом.
— Было такое, было! — посветлел Палий, разглядывая стройную, красивую молодицу. Хотя, правду говоря, сам он плохо помнил её, молоденькую в то время, худенькую жену Мирона, но то, что она не забыла его, облегчало дело. — И должен сказать, что ты с тех пор похорошела, даже помолодела, пани Феодосия!
Женщина грустно улыбнулась:
— Где уж там… За вас, мужчин, переживая, похорошеешь… Вот и дочурок малых пришлось к Савве отправить… Садитесь, прошу.
Разговор сразу принял нужное направление. Запорожцы рассказали о цели своего приезда. Не скрыли и того, что задерживаться в Немирове не намерены.
— Только освободим своих — и айда назад! — закончил Арсен.
— Я видел обоз переселенцев, — включился в разговор младший Семашко. — Наверно, и ваши были среди них.
— Где ты их видел? — быстро спросил Палий.
— На Выкотке.
— Так ты бываешь на подворье гетмана?
— Бываю. Я ношу батьке обед.
