В супермаркете полный шквал гомонящих родителей и детей. Толпа кружит вокруг прилавков, где женщины изучают продукты на здоровье, мужчины выбирают колбасы и сыры. Высокомерные бульдоги и дикие чихуахуа цепляются за детские тележки, но в этот момент внимание к этому перехватывают ловкие мальчишки-чертики, скользящие между колесами, словно они — настоящие хитрые кошечки....
– Кто такая Лизавета Пастухова? Где проживает?
– Так ведь по соседству со мной проживает, – заторопился гном. – Квартиру снимает у Дарьи Васильевны… Измайловский проспект, дом десять, а квартира, выходит, шестнадцатая…
– Смотрите у меня, Утконосов, если вы вводите органы правопорядка в заблуждение, ваша судьба будет ужасной, а наказание – неотвратимым! – И Леня потряс перед носом сторожа кулаком.
Несчастный гном проводил Маркиза и его верную помощницу до служебного выхода и открыл для них дверь бизнес-центра.
Выбравшись на улицу и сев за руль машины, Леня озабоченно проговорил:
– Кофеварка ускользает от нас со скоростью болида «Формулы-1». И нам ничего не остается, как следовать тем же курсом, только с еще большей скоростью. Время решает все, потому что рано или поздно кто-то воспользуется этой кофеваркой по назначению, и тогда от марки останется одно воспоминание.
– Извини, Ленечка… – робко проговорила Лола, – но вообще-то эта кофеварка неисправна. По крайней мере так сказал директор фирмы «Ариадна». Так что вряд ли кто-то сможет… как ты сказал… использовать ее по назначению.
– Это не упрощает нашу задачу… – отозвался Леня после небольшой паузы. – Скорее, наоборот.
Лола не поняла почему, но не стала задавать новых вопросов, чтобы не рассердить еще больше своего грозного повелителя.
Сам же Маркиз ничего не объяснил.
Десятый дом по Измайловскому проспекту оказался мрачным зданием красного кирпича, расположенным неподалеку от Обводного канала. Шестнадцатая квартира находилась на шестом этаже. Лестница была крутая и темная, но, к счастью, в доме оказался лифт.
Выйдя из кабины лифта на шестом этаже, Леня позвонил в обитую дерматином дверь. На звонок никто не ответил, из-за двери не донеслось ни звука.
– Кажется, зря мы сюда притащились, – проговорил Леня, однако на всякий случай позвонил еще раз.
За дверью было по-прежнему тихо, зато рядом звякнул замок и приоткрылась дверь соседней, пятнадцатой квартиры. Дверь открылась на цепочку, в щель высунулась остренькая старушечья мордочка, и послышался тонкий, надтреснутый голосок:
– Дома она! Точно говорю – дома!
– Вы это точно знаете, мадам? – осведомился Леня, с интересом взглянув на неожиданную свидетельницу.
– Точно, точно! – Старушка закивала.
