— Ааа, то самое соглашение между Наваррой и Кровлой о взаимном воздушном пространстве для драконов и грифонов над узкой полосой Эсбенских гор, между Сумертоном и Дрейтусом, — вспомнила я, кивая.
— Твоя память ужасает, — улыбнулась мне Ри.
Все так. Вот только память не поможет мне взобраться по Полосе.
— Четвертое крыло! — крикнул Ксейден откуда-то издалека. Мне даже не нужно было смотреть вперед, чтобы понять, что это именно он отдал приказ, а не его помощник. — Выдвигаемся!
И мы пошли. Секция Пламени, затем Когтя и, наконец, Хвоста.
У ворот возникла небольшая заминка, но потом пробка рассосалась, и мы вошли в освещенный магией туннель, по которому ранее каждое утро добирались до Полосы. Тени покрывали неровности скал вдоль всего нашего пути.
Каковы вообще пределы силы Ксейдена? Может ли он с помощью теней перебить здесь всех кадетов? Понадобится ли ему после этого отдых или подзарядка?"
"Сдерживает ли хоть что-то такую огромную власть? Есть ли у нее противовесы?
Даин чуть замедлил шаг и оказался между мной и Рианнон.
— Передумай, — еле слышно прошептал он.
— Нет, — я говорила гораздо увереннее, чем чувствовала себя.
— Ты. Должна. Передумать, — его рука нашла мою. В тоннеле было узко, мы все шли вплотную друг к другу, и его жеста никто не заметил. — Пожалуйста.
— Я не могу, — я покачала головой. — Ты бы сам мог бросить Кэт и сбежать к писцам?
— Это другое, — его рука сжала мою, и я почувствовала напряжение в его пальцах, в его ладони. — Я всадник.
— Ну, может, и я тоже, — прошептала я, когда впереди появилось пятно солнечного света.
Я не верила в это раньше, когда не могла сбежать из-за запрета матери. Но теперь у меня был выбор. И я выбрала остаться.
— Не будь… — он осекся и выпустил мою руку. — Я не хочу хоронить тебя, Ви.
— Одному из нас когда-то придется хоронить другого. Неизбежно. Нет, это не грустно. Это просто факт.
— Ты знаешь, что я имею в виду.
Свет впереди вырос в арку высотой в десять футов, ведущую нас к основанию Полосы.
— Пожалуйста, не делай этого, — взмолился Даин, на этот раз в полный голос, не утруждая себя шепотом, когда мы вышли под лучи солнца.
Вид отсюда, как и всегда, открывался захватывающий. Мы были все еще высоко на горе, в тысячах футов над долиной, и зеленая травяная гладь с вкраплениями приземистых деревьев и разноцветных пятен диких цветов, казалось, бесконечно простиралась на юг. Потом мой взгляд обратился к высеченной в скале Полосе, и, не удержавшись, я в который раз проследила маршрут от препятствия к препятствию, все выше и выше, пока не добралась до вершины хребта. Согласно изученным картам, оттуда было совсем близко до каньона почти правильной прямоугольной формы — летного поля. Я прикусила губу, глядя на разрыв в ровной линии деревьев.