Четвертый тост — это драматический роман о том, как мир на грани войны и любви. Время кажется испорченным лекарственной микстурой, где каждая капля событий оказывает сильное влияние. Автор создает атмосферу тревоги и предчувствия, заставляя читателя вглядываться в будущее с осторожностью и трепетом....
Мало того, проворно залегши, пополз в ту сторону, откуда показывался Краб, крича:
– Не стреляй, брат! Иншалла!
Такая вот, изволите ли видеть, оригинальная славянская рожа, взывающая к милости Аллаха… Дождавшись, когда ползущий перевалится через бугорок, Краб возник с неожиданной стороны, одним прыжком оказался у того на спине, придавил к земле и тихонько посоветовал:
– Молчать. Кто такой?
– Не стреляй, братишка, свои! – придушенно отозвался пленник, лежа неподвижно, словно нерадивая шлюха под клиентом.
– Да ну? – ухмыльнулся Краб и мастерским ударом отправил добычу в бессознательное состояние как минимум на четверть часа. Поскольку точно известно, что Бадруддин – один из Джинновых атаманов, иного обращения пленник и не заслуживал.
Судя по результатам беглого обыска, оружия у вырубленного не оказалось. Окончательно установив этот радостный факт, Краб с помощью длинного куска веревки сноровисто присоединил запястья пленника к лодыжкам, повернул его голову так, чтобы, упаси господи, не задохся – и высунулся посмотреть, как обстоят дела у остальных.
Охота была в самом разгаре – «кепарика» зажали со всех сторон и, действуя на нервы внезапными появлениями в самых неожиданных местах, скупыми очередями и пистолетными выстрелами гнали по пересеченке в нужном направлении, так ни разу и не оцарапав девятью граммами, хотя случаев выпадало предостаточно.
Из-за дерева на миг высунулся Сергей, громко сообщил:
– Лови подарок! – и, коротко взмахнув рукой, опять растворился в окружающем ландшафте.
Граната плюхнулась прямо к ногам «кепарика», рубчатая «эфка» с разлетом осколков на двести метров. «Кепарик», судя по его реакции, прекрасно понимал убойные способности этой красивой штуки – отпрыгнул, насколько удалось, закрывая руками голову, рухнул за толстый ствол.
Тут его и взяли, болезного, Костя с Доктором, прыгнув с двух сторон. Сергей преспокойно подобрал «эфку» со вставленной чекой и помог им быстренько обшарить пленного, выгребя решительно все из многочисленных карманов, лишив новенького «лифчика» импортного происхождения и выдернув пистолет из кобуры.
Обоих захваченных снесли в одно место, в низинку, положили рядом на жухлую прошлогоднюю траву, создав некое подобие икебаны.
