Юлия и Лидия внимательно смотрели, как их сокурсница опустила блеснувший тусклым серебром гривенник в узкую прорезь монетоприемника, сняла с вилообразного рычага держателя тяжелую бакелитовую трубку и начала набирать номер.
— А кому она телефонирует?
Закономерный интерес Данукаловой остался неудовлетворенным, ибо «свитские» девицы весьма талантливо притворились глухими. Более того, когда через пару минут Яна поманила к себе Лидочку Пестову, вредные азиатки не дали старосте последовать за подопечной, непринужденно заблокировав за столом.
— … вызов на допрос, так еще и домовладелец начал делать непристойные предложения… Сейчас узнаю.
Прижав пальчиками нижний микрофон, рыжеволоска поинтересовалась фамилией следователя, желавшего пообщаться с мадемуазель Пестовой — и личностью любвеобильного хозяина меблированных комнат.
— Ой, а я повестку дома оставила…
Серые глаза соученицы сделались столь выразительными, что Лидочка тут же быстрым шепотом озвучила адрес следственной части, где служители Фемиды желали пообщаться с ней под протокол — ну и заодно выдала все, что только знала про противного и бесчестного домовладельца. Передав малую часть столь важных сведений в телефонную трубку, рыжеволосая студентка надолго замолчала, слушая далекого абонента. Внезапно нахмурилась, непроизвольно выбив ухоженными ноготками звучную дробь по стальному корпусу таксофона:
— Просто сокурсница. Нет, конечно — мы даже не знакомы!Ну что ты выдумываешь…
Покосившись на Пестову, не без успеха изображавшую, что ей ну вот совсем-совсем не интересен разговор, Яна сменила тему:
— К какому часу тебя ждать?"
"Выслушав ответ, и тепло попрощавшись с дядюшкой, племянница брякнула трубкой о рычаг подвески и с чего-то ожгла Лидию таким взглядом, что бедная девушка на пару мгновений как-то даже потерялась. Тем временем, обуреваемая весьма противоречивыми чувствами мадемуазель Волчкова направилась в отдел кулинарии и что-то заказала, причем этого «чего-то» было столько, что женщина за прилавком даже воспользовалась блокнотом для записей.
— Уф!
Вернувшись наконец-то, за стол, с которого за время ее отсутствия исчезли чашки с чайником и опустевшее блюдо с профитролями, слегка успокоившаяся переговорщица лаконично отчиталась:
— Дядя поможет.
После чего, обращаясь исключительно к Юлии (ибо на ее подопечную надежды было мало), поинтересовалась:
— Было бы полезным увидеть повестку с фамилией следователя, и договор аренды с домовладельцем. Надеюсь, последний существует?
Слегка заалев щечками от требовательных взглядов сразу со всех сторон, Лидочка честно призналась:
— Наверное, да… Только этим брат занимался. Но я поищу, и если он есть, обязательно найду!
Вздохнув, Данукалова подтвердила:
— Найдем.