В глубокой русской провинции, где казачество еще не ушло в историю, глава чиновничьего ведомства сталкивается с искушениями нравственности и государственной ответственности. С каждым днем его секреты становятся более опасными, а связи - все прочнее. Непонятные документы, беседы за закрытыми дверями, тайные встречи с монахами и загадочным гостьем в кабинете – все это создает уютную атмосферу запутанных отношений между людьми и государством....
Выждав, пока Александр пригубит бокал с тягучим сливочным ликером, вредная девица поинтересовалась подозрительно-невинным тоном:
— Мало ли, вдруг она станет моей мачехой?
Не дождавшись никакой внятной реакции на провокацию, сероглазая интриганка решила зайти с другой стороны:
— Или княгиней Агреневой станет другая? Нет, не отвечай, я попробую угадать сама: это княжна Белосельская-Белозерская?
Фыркнув в опустевший бокал, тридцатилетний холостяк протянул руку за колокольчиком для вызова ужина. В смысле горничной, которая и организует вечерний… Пардон, скорее ранне-ночной перекус.
— Поужинаешь со мной?
— М-мм? Разве что салатик?..
Неслышно появившаяся под затихающий серебряный звон, служанка с экзотически-восточной внешностью понятливо кивнула и вновь растворилась в темноте дверного проема.
— Так что там с княжной?
— Марии Константиновне сейчас не до брачных устремлений: с кончиной ее почтенного батюшки у семейства наступили тяжелые дни. На уральских заводах уже какой месяц не утихают волнения среди мастеровых, частные кредиторы и казна требуют своевременного погашения долгов…
Неприятности, обрушившиеся на древнюю княжескую фамилию, оставили мадемуазель Вожину абсолютно равнодушной.
— Ну и ладно. Княжна Кантакузен?
— Дарью Михайловну уже посватали с полного ее на то согласия. И вообще-то, мы с ней оказывается, дальние родственники.
— В самом деле?!?
— За подробностями к тетушке."
"Поерзав на подлокотнике (жарко!), Ульянка не выдержала и убежала в свои девичьи покои, менять выверенный до последней мелочи образ «студентка из приличной мещанской семьи» на удобное домашнее платье и теплые пушистые туфли — кои те же мещане упорно обзывали обычными тапочками.
— Кто-то из сестер Барятинских?
Плюхнувшись на второе из кресел, и утянув с сервировочного столика тарелку с салатиком, девушка вернулась к интересующей ее теме — старательно не замечая направленный на нее укоризненный взгляд.
— Неугомонная.
— Что-что?.
— Жена из урожденных Барятинских, это гарантированная нехватка кальция в организме.
Будущий врач надолго задумалась, рассеянно покусывая пустые зубчики вилки — пока один холостяк спокойно наслаждался куриным супом с ржаными сухариками.
— Сдаюсь: это какая-то наследственная болезнь?
— В некотором роде, Плюшка. Это болезнь нынешнего сословного общества, в котором замужним аристократкам полагается приличным и даже необходимым иметь сердечного друга.
