— На „ниссане“ вы приехали, — сказал Господу Видней, но старейшина сделал знак, и нам пришлось отойти подальше.
Взвод „голубых касок“ зачистил всю деревню, обыскал жителей, свои пистолеты мы хорошо зарыли. Минёры проверили округу миноискателями, сверху полетал вертолет.
И только тогда явились остальные.
Здесь, на перекрестке нескольких дорог, вблизи от города, в месте, где ожидалась большая стрельба, миротворцы разбили лагерь. Они расставили везде посты и устроили контрольно-пропускной пункт на въезде в селение. Подогнали большую машину и выложили из плит блок-пост. Протянули колючую проволоку. Попрятали в траве за колючкой шумовые растяжки.
Мы сидели то здесь, то там, играя во всякие игры, только что не в кукол. Это было очень смешно.
Всё у нас получилось хорошо, но подвел я, когда разделся, чтобы умыться. Наколотый у меня на груди автомат Калашникова увидел один житель. Он сразу отправился к старейшине.
Я побежал к Господу Видней и сказал ему о случившемся.
— Старейшина больше боится белых людей, чем повстанцев, — сказал Господу Видней.
Мы решили играть в песке неподалеку от большой палатки, где находились главные офицеры „голубых касок“.
Через час к палатке пришел человек от старейшины.
Президент с лицом плачущим, глупым и полным отчаянья вцепился ему в одежду. Я даже не заметил, когда он успел показать человеку старейшины пистолет.
— Наш младший брат очень боится людей с оружием, — поспешно объяснял Господу Видней солдату у палатки. — Повстанцы расстреляли его родителей. Теперь он везде ходит со своим духовным наставником, иначе от ужаса у него начинаются припадки.
— Да-да, — сказал солдат, улыбаясь. — Конечно, пусть тоже зайдет со своим наставником.
— Не бойся, мальчик, — сказал солдат Президенту и погладил его по голове. Президент исхитрился и поцеловал гладившую его руку.
Человек от старейшины попытался что-то прошептать часовому, но тот не разобрал его шепота и еще раз повторил, раскрывая полог палатки:
— Идите вдвоем, идите! Мы же миротворцы!
В палатке, рассказал нам потом Президент, человек от старейшины долго мигал офицеру и дергал лицом.
— Что вы хотите? — повторял офицер. — Что вы хотите?
В конце концов, человек от старейшины попросил у офицера кока-колы, и офицер выгнал его, ужасно ругаясь.
Мы проводили человека до хижины старейшины и остаток дня провели там. Старейшина никуда не выходил и никого больше не отправлял к „голубым каскам“.
