В данный момент в долине, по словам Томаса, находилось всего четверо детей. Сам Томас и Вэнди отпадают, будучи братом и племянницей Гейба. Малыш Эрик? Но у него вроде бы тоже есть отец. Оставалась ещё Бетти. Про её отца ничего не было сказано. Может, она и есть – дочь Гейба? Тогда почему она с матерью живёт не здесь?
Я запуталась! Наверное, чем гадать, лучше просто спросить.
– Здесь, – улыбнулся Адам и помахал мне рукой.
– Прямо перед тобой, – Алана скопировала его жест.
Ну, конечно! Я все ещё не перестроилась, все ещё мыслила человеческими стандартами. И поэтому решила, что если Гейб выглядит на тридцать, то его дети должны быть маленькими. Совсем забыла, что они бессмертные, что «возраст – это всего лишь число».
– Почему ты смеёшься? – удивлённо спросил меня Гейб.
Надо же, я даже и не заметила своего идиотского хихиканья.
– Я уже настроилась менять твоим малышам подгузники, – это казалось мне всё более смешным, и я никак не могла успокоиться, уткнулась Гейбу в бок лбом и вздрагивала всем телом. Наверное, тут ещё сработало чувство облегчения. Вовремя вспомнив рассказ Вэнди о том, что матери у них исключительно смертные, и прикинув минимальный возраст «детей» при их замедленном взрослении, я поняла абсолютно точно – никакие мамы на горизонте уже не маячат. Люди столько не живут.
Присутствующие тоже развеселились.
– Нет, – сквозь смех успокоил меня Гейб. – Мои «малыши» уже давно сами в состоянии поменять себе подгузники.
Теперь мне стало понятно присутствие Аланы и Адама на кухне, в доме Гейба. Да и Себастьяна, как мужа Аланы – тоже. В конце концов, этот дом слишком огромен для двоих.
– Вы тоже здесь живете, да?
– Нет, – покачал головой Адам. – У нас у всех есть свои собственные дома. Просто мы время от времени собираемся здесь всей семьёй. Если есть повод. Или просто так.
– И сегодняшний повод – возвращение Вэнди, – подхватил Диллон. – А так же твоё здесь появление.
– Отец нам все уши прожужжал этим утром, – пояснил Пирс. – Твоё слишком быстрое исцеление просто заворожило его.
– И не только исцеление, – с усмешкой добавила Люси, многозначительно взглянув на руку Гейба, по-прежнему обнимавшую меня.
– Это я, – пояснил Филипп.
Так, ясненько. Значит, Гейб отец Адама и Аланы, а Филипп – Пирса и Диллона, с этим разобрались. Только в каком родстве между собой находятся обе эти троицы? И я предположила то, что мне казалось самым логичным.
– Филипп, а вы – брат Гейба?
Снова смешки. Ну, это нечестно! Я же не ясновидящая.
