Наличие правнуков у моего мужчины меня тоже в итоге сделает прабабушкой? Или нет? Ладно, как говорила Скарлет: «Я подумаю об этом завтра». На меня уже столько информации свалилось, не стоит ещё и на этом зацикливаться.
– Стивен, а что дальше было с Роджером?
– Дальше? Ну, его очередная ошибка стоила ему возможности получить хоть какие-то сведения о похитителях. Он набросился на своих охранников, которые не ожидали такой прыти от тяжелораненного. Но всё же попытались снова отстреливаться, чем взбесили его ещё больше. Заработав ещё несколько ранений, не столь опасных, чтобы потерять сознание, но достаточно болезненных, он начал крушить всё вокруг.
Итог: все, кто летел с ним – мертвы, вертолёт потерял управление, поскольку приборная панель была просто разбита вдребезги, упал на землю и взорвался. Роджер успел выпрыгнуть до падения и отбежать достаточно далеко, чтобы не пострадать от взрыва. Но всё, что могло бы хоть как-то указать ему на местоположение жены и дочери, было уничтожено. С тех пор он, как одержимый, пытается их отыскать.
– Как? – раздался тонкий голосок от двери.
Я обернулась. В комнату вошла Вэнди и ещё одна девочка, выглядевшая лет на шесть-семь. Бетти. Видимо, они, пока шли по дому, слышали рассказ Стивена – дверь-то осталась открытой. Девочки подошли к нашему кружку и уселись вдвоём на одно кресло, которое им пододвинул Себастьян.
– Как может. Он уверен, что если бы полёт продолжился, то вертолёт привёз бы его в нужное место. А вертолёты, в отличие от машин, которым нужны дороги, летают по прямой. Поэтому он соединил на карте свой дом и точку, куда рухнул вертолёт, продолжил линию и теперь прочёсывает местность в нужном направлении. Надеется, что используя наши сверхспособности, сможет услышать, учуять, вычислить место, где держат его семью. Пока – безрезультатно.
– Мы тоже пытаемся вести поиски. Но у нас вообще никаких зацепок. Мы ничего не знаем об этой организации. Кто они? Почему забрали Вэнди, а потом её родителей? Что им вообще нужно? Мы тычемся вслепую.
– Им нужны мутанты, – уверенно произнесла я. – Или те, кого они таковыми считают.
– Откуда ты знаешь? – спросил Пирс.
– Они и за мной приезжали. Мои приёмные родители решили сдать им на опыты своего «зомби», то бишь меня. Я узнала их эмблему. Она была и на тех, кто приехал за мной, и на тех, что гнались за Вэнди.
– А как тебе удаль от них сбежать? – удивился Филипп.
– Я к ним и не попадала. Услышала их разговор с моими «родителями» и удрала из дома.
