В глубинах собственной памяти прячется таинственный пролог, словно капля воды в бескрайней звезде небес. Ничего подобного я не помню, но образы и чувства крадутся обратно, будто невидимые руки расшнуровывают замок надежды. Здесь царит атмосфера безудержной тьмы, где каждое слово обретает вторую жизнь в душевном огне, и каждый звук — откровением к темным измерениям....
Совершенно неподвижно.
— Все в порядке? — спросил Рафаэль.
— Спрашиваешь! Красота! Деревенский туризм, крутой тренд!
Он не был склонен продолжать и молча спустился на первый этаж, где Сандра под надзором Фреда дежурила возле Вильяма.
Полная тишина, Вилли все еще спал.
— Это нормально, что он не просыпается? — спросил Рафаэль.
Прежде чем ответить, Сандра повернула к нему изможденное лицо:
— Это потому, что я дала ему успокоительное. Но теперь он уже скоро проснется.
— Надеюсь.
— Ему требовался отдых, а боль помешала бы.
— О’кей. Надо будет сменить мне повязку, душ оказался ей не по нраву.
Сандра открыла медицинскую сумку, достала из нее все необходимое. Рафаэль уселся в кресло и принялся разматывать стягивающие его предплечье намокшие бинты. Фред подошел поближе, чтобы полюбоваться на рану.
— Глянь-ка, круто ты раскромсан, — заметил он. — Неплохо бы зашить…
Оба вопросительно посмотрели на Сандру.
— Верно, доктор? — добавил Фред.
— Возможно, — согласилась она.
— Ну так валяй, делай, что положено, — приказал Рафаэль.
"— Это может быть болезненно. Особенно с теми инструментами, что у меня есть.
— Ты меня что, за труса держишь? Думаешь, я упаду в обморок или что?
Фред ухмылялся, пока Сандра в поисках подходящих средств рылась в своем кожаном чемоданчике. Придвинув стул к креслу, она начала с дезинфекции открытой раны. Без всякой осторожности. Рафаэль держался невозмутимо, только стискивал свободной рукой подлокотник кресла и не отрывал взгляда от лица брата.
Он прекрасно понимал, что в его мучениях ветеринар находит злорадное удовольствие, и наконец захрипел от боли. Он схватил Сандру за запястье и, пристально глядя ей в глаза, изо всех сил сдавил его.
— Полегче, док, — прошептал он.
Она замерла. Игла осталась в его плоти.
— Я тебе не пуделек. Скорей уж питбуль… Въезжаешь? Тогда поосторожней.
Рафаэль отпустил ее запястье, снова стиснул подлокотник и перевел взгляд на Вильяма. Прежде чем Сандра закончила работу и наложила на шов отличную повязку, прошло еще несколько долгих минут.
Рафаэль сделал несколько шагов по комнате — словно бы для того, чтобы внимательно осмотреть окрестности. К его превеликому удивлению, солнце наконец соблаговолило выбросить парочку лучей.
Его внезапно охватило острое желание проветриться.
