В темной камере звенело сквозь решётку единственное окно, за которым я иногда уныло глядев на солнце. Я был один в этой холодной тюрьме, где каждое движение подспудно вызывало трепет и напряжение. Мой приговор казался необратимым, а судьба оставалась за бадским убийством, случившимся в тот же день, что и мою пленку. Сверкающая тень драконов и фениксов сквозь решётчатое окно лишь усиливало ощущение невидимого наблюдателя за мной....
Те ничего не сказали, по крайне мере вслух, но пикси как-то понял, что ему делать и громко объявил:
— К трибуне вызывается игрок тёмной стороны Ад-Рей. Он среди обвиняемых является обладателем наибольшей славы, поэтому и выслушаем мы его первым."
"Я вздрогнул, когда услышал свой ник, а потом встал со стула и потопал к трибуне под шушуканье собравшихся в ратуше разумных. Стражники не увязались за мной. Я шёл один. Мне кажется, что они и вовсе тут были не нужны, вряд ли хоть одному человеку удастся убежать из-под носа у трёх ангелов и стольких же демонов.
Между тем пикси отлетел от трибуны, дав мне занять её, после чего важно произнёс, поправив парик:
— Итак, игрок Ад-Рей, расскажите же, что произошло в тот злополучный вечер.
Я глубоко вздохнул, посмотрел на притихших зрителей, потом скользнул внимательным взором по бесстрастным лицам ангелов и демонов, а затем начал свой рассказ с того момента, как вышел из дома орка Баса. Из моих уст полилась чистая правда. Я даже не помнил, когда такое было, чтобы моё повествование оказалось настолько приближено к реально произошедшим событиям.
Вскоре я закончил рассказ и люди стали выкрикивать мне слова поддержки. Да так активно, что пикси пришлось утихомирить их.
Дальше пикси вызвал Люка, сообщив, что у него вторая сумма славы из нашей светло-тёмной пятёрки. Парень энергичной походкой подошёл к трибуне и сразу же заявил, ткнув пальцем в мою сторону:
— Этот проходимец всё врёт! Я не устраивал никакой ловушки и вообще не был знаком с погибшим тёмным игроком! — те светлые, кои были в зале, вторили ему согласными криками, и Люк, приободрённый поддержкой, продолжил с новой силой обличающим тоном: — Я и мои друзья всего лишь хотели сократить путь через ту часть города, а потом мы услышали крики о помощи, раздававшиеся из дома.
— Чтобы добить! — насмешливо воскликнул кто-то со скамьи до боли знакомым голосом.
