Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Раздел Chitat.online для книги «Чистилище Сталинграда. Штрафники, снайперы, спецназ (сборник)» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Штрафники, снайперы и спецназ оказываются в смертельной мясорубке Сталинградской битвы. Они сражаются за выживание в условиях ожесточенных боев у Волги, где каждый бой стоит жизни. Это сборник о героизме и трагедиях солдат, участвовавших в переломном сражении.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Они оказали ожесточенное сопротивление, а пулеметы двух бронетранспортеров, укрытые за щитками, посылали длинные очереди, отсекая часть атакующих. Обе машины медленно двигались вперед.
Под раздачу крепко угодили красноармейцы соседнего полка. Они падали один за другим, не добежав совсем немного. Теперь они убегали, получая пули в спину. Кто-то отчаянно пытался прорваться сквозь огонь немецких бронетранспортеров и встретиться с врагом лицом к лицу. Это мало кому удавалось, самые смелые погибли от пуль в лицо и грудь.
Нашу роту спасло от разгрома вмешательство старшего лейтенанта Рогожина. Он приказал выкатить «максим», расчет сумел продержаться под огнем считаные минуты. Затем крупнокалиберные пули разорвали кожух, пробили щит, и два пулеметчика остались лежать возле прославленного оружия Гражданской войны. Погибший расчет дал нам возможность добежать до окопов и спрыгнуть в спасительные норы. Не надо искать героев где-то далеко – два пулеметчика оказались такими героями. Они даже сумели повредить двигатель одного из бронетранспортеров. Захлебываясь выхлопами дыма, бронированная машина пятилась назад.
Все это происходило ярким летним днем, солнце еще не успело подняться высоко. Пологие холмы покрылись телами людей в выгоревших гимнастерках и голубовато-серых френчах. Я различал среди массы тел добротные немецкие каски, ребристые противогазные футляры, похожие на короткие пулеметные кожухи. Один из убитых немецких пехотинцев разбросал ноги, блестели отполированные о землю подковы. Застреленный мною танкист лежал, скорчившись. Черный маслянистый комбинезон, непокрытая голова, коротко стриженные волосы.
А наши бойцы… Сколько их осталось лежать, сосчитать невозможно. Меня трясло, я не мог свернуть цигарку. Сыпался табак, рвалась бумага. Самокрутку сделал Гриша Черных и дал прикурить. Он же отодвинул в угол карабин, не забыв его проверить. Пустая магазинная коробка, единственный оставшийся патрон в стволе. Я не помнил, когда выпустил четыре других.
– Елесина убили, – сообщил он.
Я кивнул в ответ. В бою много чего не замечаешь, сейчас страх догонял сознание. Тело продолжало трястись так, что порвал зубами цигарку, выплюнул крупные махорочные зерна и тлевшую бумагу.
– Как это случилось? – спросил я.
Гриша Черных, мой земляк из города Михайловки, показывая куда-то пальцем, выругался:
– Глянь, что творят, сволочи!
Фрицы пытались добить наших раненых, выползавших из груды тел. Гриша потянул на бруствер винтовку. Взвод открыл дружный огонь, отвлекая вражеских пулеметчиков, заодно добивая немецких раненых. На дно окопа сыпались латунные гильзы и хрустели под ногами.
Я много чего не увидел в том бою. Например, как погиб политрук Юрий Матвеевич Елесин.
